Регрессорство — фантастика и реальность

регрессорство - фантастика и реальность

Регрессорство — введение

Термин «регрессорство» был введён С. Лукьяненко в романе «Звёзды — холодные игрушки». Этимология термина очевидна; он образовался как антитеза определению «прогрессорство» – явлению, впервые получившему наименование, чёткое оформление и философско-этическую базу в романах братьев Стругацких о коммунистической Земле XXII века. Надо, однако, заметить, что прогрессорские или регрессорские действия цивилизаций или представляющих их отдельных персонажей можно было встретить и в фантастике, и в реальности намного раньше – в творчестве И. Ефремова, Ф. Карсака и, на свой лад, у Р. Киплинга. Регрессорство присуще  персонажам того же Карсака, О. С. Карда («Голос  тех, кого нет»), М. Суэнвика («Путь прилива»).

Но одно из самых трудных и неблагодарных дел – навешивание ярлыков на неоднозначные явления. Казалось бы, регрессорство и прогрессорство – это типичная пара «естественных» антагонизмов, дополняющих друг друга, как например, множества положительных и отрицательных чисел. Но это лишь видимость. На практике всё оказывается сложнее. В упомянутом романе С. Лукьяненко цивилизация так называемых Геометров ведёт не только регрессорскую деятельность, но и в то же время берёт на себя прогрессорскую миссию, соединяя их в два этапа на пути приобщения чужих космических рас и чужих цивилизаций к Дружбе.

Перефразируя главного героя романа «Львы Эльдорадо» Ф. Карсака, Геометры осуществляют принцип: «Согласишься – мы тебя прогрессируем. Не согласишься – мы тебя раздавим и всё равно прогрессируем». Нам ведом «правильный путь развития», поэтому мы научим вас идти по нему ради вашего же блага.  Обобщённый фантастический опыт показывает, что это довольно типичный подход для любой культуры, основу которой составляет не семья, а институт Наставников.

Можно сказать, что в «Звёздах – холодных игрушках» С. Лукьяненко идёт дальше своих учителей или предтеч – мэтров отечественной социальной фантастики через избранный им приём беспощадного и трезвого анализа утопии не изнутри, а ИЗВНЕ. Стругацкие так никогда не решились бы  бросить взгляд на мир Полдня снаружи (случай с Бойцовым Котом в повести «Парень из преисподней» не в счёт, поскольку наблюдатель должен  толком понимать то, что перед ним предстаёт). Но, может, это и правильно?

Взгляд  А. и Б. Стругацких на утопию из 1960-1970-х годов НЕ МОГ стать взглядом извне, как не могло стать видением изнутри того же у С. Лукьяненко, как, впрочем, у любого, кто унаследовал плоды перестройки в 1990-х. Обе его попытки изобразить «умное, мягкое, доброе» общество будущего детальны, логичны, убедительны. И непривлекательны. Что неудивительно: миры, нуждающиеся в героях, по определению, не могут быть спокойно-солнечными. Даже внутри они остаются несовершенными, скрыто либо явно конфликтующими с собой и со всей Вселенной.

«Звёзды – холодные игрушки» С. Лукьяненко
Обложка «Звёзды — холодные игрушки» С. Лукьяненко (изд. «Лабиринт»)

Подмеченная критиками перенасыщенность утопий и вообще миров С. Лукьяненко оружием – это неспроста. Земля «Полдня» у А. и. Б. Стругацких тоже не лишена противоречий, но они далеко не так масштабны, не так системны, не так безысходны. Трагедии «подкидышей» и люденов меркнут на фоне трагедии планеты безродных, накрытой Тенью от подсознания свободы. Можно сказать, миры Лукьяненко, в отличие от миров коммунистического будущего в интерпретации И. Ефремова или братьев Стругацких, не сдали норматив на требуемую от утопий минимальность конфликта между личностью и обществом.

Хорошо, но почему именно утопии? Отчасти потому, что цельное, сильное и жизнеспособное общество может позволить себе цельную, сильную и последовательную межзвёздную политику. Социум менее совершенный и больше похожий на ныне существующие, нередко идущие вразброд, никогда не определится и с внешней политикой по отношению к инопланетным расам с их социально-политическими структурами.

Достаточно вспомнить конфликт из романа «Львы Эльдорадо» Ф. Карсака, где эгоистические интересы Межпланетного Металлургического Бюро, «империалиста- колонизатора» и «регрессора», сталкиваются с идеалистическими интересами Бюро Ксенологии – «прогрессора». Хотя на этом же примере видно, что цивилизация не обязательно должна быть утопической, чтобы оказывать влияние на соседей по космосу. Для этого необходимыми и достаточными являются два условия: наличие контакта между двумя различными цивилизациями, а также наличие двух и более культур.

Здесь было бы впору остановиться на том, как влияет на качество контакта относительный уровень развития каждого из контактёров, а также на динамике и характере контактов в зависимости от их интенсивности. Но такой разговор будет более уместен после изложения основных разделов исследования, в резюме. А пока следует уточнить дефиницию «регрессорство», что сделать не так просто, поскольку это процесс  рассматривается сразу в нескольких аспектах.

I.  Определение сути регрессорства

1. По форме процесса

Регрессорство есть разновидность агрессивной политической стратегии не предусматривающая открытой войны. То есть, вообще-то регрессорство может сочетаться и сочетается военными действиями. Так, например, произошёл распад Югославии, а за ним – отторжение Косово от Сербии. Но регрессорство, как любая агрессивная политическая стратегия,  опирается на закулисные манёвры: подкуп шантаж, диверсии и прочие штучки из арсенала спецслужб.

Регрессорство готовит войну, обеспечивая её успех, но в войне  вовсе не нуждается, ибо всем очевидно, что сторона-регрессор, ведёт себя « с позиции силы» неспроста и неизбежно одержит военную победу. Вопрос только в величине и значимости для неё «издержек» в ходе военных действий.

Итак, регрессорство есть инструмент политики противоположный прогрессорству.

2. По масштабам процесса

Регрессорство осуществляют разные группы существ по отношению к другим  группам – нациям, расам, цивилизациям и прочим общностям. Это не включает в себя противоборство индивидов, каким например, оно представлено в рассказе Г. Каттнера «Рассвет». Один учёный в прямом смысле слова регрессирует делового партнёра до питекантропа, а потоми до амёбы. Но регрессорство ли это? Однозначно нет.

Поднимая планку масштабов, обозначим и такой момент: люди не могут регрессировать Океан планеты Солярис и наоборот. Можно ли вернуть люденов в в лоно, если не человечества как вида, то земной цивилизации как общности двух цивилизаций? Ведь  даже двусторонние контакты прекращаются.

Общий вывод таков: в регрессорстве активно участвуют отдельные личности, оно носит коллективный характер.

3. По направленности процесса

Регрессорство имеет внешнеполитическое направление. В романе А. Мирера «Мост Верразано» движущим конфликтом сюжета является борьба автомобилестроителей и нефтепромышленников, разгоревшаяся вокруг Эпохального Изобретения, точнее вокруг широчайшего внедрения в обиход самой удачной конструкции автомобиля, не требующего бензина. Понятно, что для «нефтяных королей» и прочих консерваторов появление такого автомобиля равносильно ножу, приставленному к горлу. И их бурная активность носит все стигматы регрессорства в его классическом виде. Но всё же это не регрессорство, поскольку обе отрасли промышленности принадлежат к одной и той же системе, шире – к одной цивилизации.

Более сложный и неоднозначный случай представляет собой деятельность Вечных в романе А. Азимова «Конец Вечности». Автор как бы выворачивает наизнанку тезис о так называемой «бесчеловечности» научно-технического прогресса. Группа людей, изменяющих реальность путём тщательно рассчитанных «минимально необходимых воздействий» на поток исторических событий – то есть те самые Вечные – преследуют благородную цель: сделать жизнь человечества лучше, бесконфликтнее и счастливее. Во все времена.

Они устраняют из реальности войны, эпидемии, опасные и уродливые социальные явления типа наркомании, тоталитаризма, религиозного или иного фанатизма – короче, вовсю занимаются тем, что можно назвать прогрессорством. Однако эта благотворительность приводит к тому, что из реальности нечаянно изымается такая важная часть как полёты к иным звёздам. Регрессорство? Нет, поскольку таковым может быть только осознанное и обдуманное  действие. Эта сентенция подводит нас к следующему аспекту регрессорства. который тоже необходимо рассмотреть для полноты картины.

4. По цели процесса

Тактическая цель регрессорства – торможение, удержание на одном уровне, а ещё лучше, обращение вспять научного и технического прогресса. Уровень техники и технологий есть важнейшее мерило могущества цивилизации.

Стратегическая цель регрессорства – гегемония либо ограниченное превосходство в какой-либо области (чаще всего в военной) для заинтересованной в этом группы носителей разума.

И, наконец, ещё один пункт:

5. По способу реализации

Регрессорство производится при помощи конкретного инструмента воздействия – специализирующейся на этом элементе социальной иерархии, то есть специализированной на регрессорстве группы. находящейся внутри всей общественной группы.

У С. Лукьяненко эти регрессоры выполняют и другие функции помимо главной, впрочем, тесно с нею связанные: разведку неизвестных регионов космоса, сбор не ксенологической информации, скрытую высадку на поверхность других планет, и так далее. Вообще регрессоры находятся на передней линии, на самом краю неизвестного, при необходимости ставящемся передним краем обороны. В отличие от космодесантников, основной объект их внимания не чужая местная природа дальнего мира, а присутствующий  на нём чуждый местный социум. А вдруг передняя линия изучаемого обернётся для изучающих передним краем обороны?

II. Пограничные явления, исключения

Дон Румата (он же землянин Антон) из романа А. и Б. Стругацких «Трудно быть богом» случайно помог в отравлении короля и проведении реакционного государственного переворота в Арканаре. Однако при этом он, прогрессор из Института Экспериментальной Истории, попросту не ведал, что сотворил в данном конкретном случае. Сберечь искорки в виде жизней и творческого наследия подлинных носителей культуры и прогресса для дона Руматы понятная и повседневная задача, а вот в тонкостях дворцовых и политических интриг он оказался слабоват. А значит, недостаточно подготовлен профессионально.  Не зря говорят, что благими намерениями, мостится дорога в ад…

Следует отметить ещё одно пограничное явление близкое к регрессорству, но ему не тождественное: внешнее установление моратория на опасные технологии, в том числе военные. Казалось бы, такой мораторий  полностью отвечает безопасности регрессора. Однако на деле всё обстоит с точностью до наоборот. Практичный регрессор, определившись с уровнем технологической планки, может следовать по пути американских первопоселенцев белой расы, продававших одним индейцам ружья и «огненную воду» в обмен на скальпы других индейцев. Откровенное убийство заменятся на не афишируемое самоубийство. Здесь трудно сказать: кто же «играет первую скрипку» – политики или торговцы?

В романе А. Нортон «Луна Трёх Колец выведена достаточно чёткая система мер по пресечению расползания опасных знаний. Находясь в отсталых мирах, Вольные торговцы соблюдают «запрет на мысли» и «запрет на оружие». Крип Борланд, главный герой «Луны…» сильно пострадал в камере пыток, прежде чем местный феодал убедился в надёжности специального блока, внедрённого в сознание пришельца и препятствующего утечке сведений о производстве бластеров, станнеров и т. п.

Что касается запрета на само оружие, то о нём можно сказать словами из «Мифических историй» Р. Л. Асприна: «Кодекс контрабандистов…гласит, что нельзя вытаскивать изобретение в отсталое измерение, например, управляемые ракеты в культуру длинных луков или в эпоху камня и пороха». Не  то, чтобы клиентов жалко, куда опаснее сокращение рынков…

Возвращаясь к теме регрессорства, небесполезно будет взглянуть под её углом  на знаменитый цикл «Дюна» Ф. Херберта. Культура не может регрессировать сама себя (смотри раздел ПО НАПРАВЛЕННОСТИ ПРОЦЕССА), и всё же…Бутлетзианский Джихад. Бунт людей против инакомыслящих: «Да не создашь ты машины в подобие человеческому уму». Роботы, компьютеры, вообще  сложные системы обработки информации выброшены на свалку истории. А в качестве компенсации мощный толчок развитию скрытых способностей, заложенных в человеке вообще и в его мозге в частности.

Ментаты после тренировок мыслительной деятельности обретают возможности суперкомпьютеров. Школа Бинэ Джессерит, собравшая достижения йогов. тибетских мистиков, мастеров кэмпо и много кого ещё. Навигаторы Гильдии получили монопольное право на космические перевозки, предугадывая будущее и отыскивая безопасный путь от звезды к звезде. Для Преподобных Матерей нет тайн в прошлом, в глубинах родовой памяти. Если бы отказ от «мыслящих» машин  был продиктован извне, а не изнутри – был бы такой отказ регрессом?

Ну, а кабы не было никаких йогов и экстрасенсов?

У М. Крайтона в «Затерянном мире» читаем: «Лично я полагаю – появление кибернетического пространства означает уход со сцены всего нашего вида… Потому что это означает конец нововведений. Идея связать весь мир компьютерными сетями знаменует массовую гибель. Каждый биолог прекрасно знает, что небольшие группы, находящиеся в изоляции, эволюционируют быстрее… Изменения в нас появляются прежде всего через наше поведение. Мы изобретаем новые формы общения с целью адаптации.

И все на свете знают, что все изобретения и нововведения рождаются лишь в самых мелких группах… Средства массовой информации нейтрализуют любое разнообразие… Людей беспокоит утрата межвидовых различий в тропических лесах. Но как быть с интеллектуальной разницей – самой необходимой для нас из ресурсов? Она исчезает быстрее деревьев… пять миллиардов человек в рамах единой кибернетической сети… Это заморозит наше развитие в качестве вида. Всё остановится и замрёт… Все станут думать одинаково и в одно и то же время».

Излишне категорично? Пожалуй, да. Кроме того, в отличие от других масс-медиа, от радио и телевидения, компьютер предполагает двусторонний обмен информацией. И всё же вопрос является ли компьютеризация-американизация-стандартизация земного шара благом, а не наоборот – остаётся открытым. Не получили ли мы новое средство для штамповки мозгов?

Как нетрудно заметить зауженность тезисов, составляющих определение регрессорства, в данном исследовании приводит к тому, что за рамками рассмотрения оказалась проблема регресса культурного. Увы, рассматриваемый процесс может подстерегать  и здесь. Достаточно вспомнить мир Мельинской Империи из романа «Алмазный меч, деревянный меч» Н. Перумова. Помимо набора атрибутов фэнтэзи есть Империя людей, в долгой и кровавой войне втоптавшая в грязь нечеловеческие расы, поддерживающая статус-кво, при котором эти не «сыновья Адама» не имеют возможности для реванша, в том числе и с помощью регрессорства. Что с того, что вместо запрета на технологии в мире  Мельина в ходу запрет на магию?

К счастью, есть нечто ограничивающее регрессию. Абсолютным барьером, преодолеть который оно не может, служит полная несопоставимость культур. Пропасть лежит между людьми и люденами, между людьми и маатанами (В. Головачёв «Чёрный человек»), между гуманоидами и негуманоидами, в чьих жилах течёт кровь всех цветов радуги и мисликами, гасящими солнца (Ф. Карсак «Пришельцы ниоткуда»).

Культуры-перпендикуляры могут воевать друг с другом, что и происходит у Карсака, у Нортон в двух первых романах цикла «Колдовской мир», у В. Звягинцева в эпопее «Одиссей покидает Итаку», могут мирно сосуществовать и даже сотрудничать – не могут лишь принудительно менять темпы и уровень развития своего непонятного соседа. Ибо непонятное можно уничтожать, игнорировать, пытаться вникнуть в его суть, но управлять им невозможно по определению. Оттого обречены на фиаско попытки Сильных нажать на Куаль-куа (С. Лукьяненко «Звёздная тень») или противостояние ТехноЦентра  человечеству  в трилогии Д. Симмонса «Гиперион».

В заключение весьма нетипичный случай из романа  А. Соболя и В. Шпакова «Мир наизнанку». Планета Коарм населена расой гуманоидов, похожих на землян, возможно даже смешанное потомство. Некогда эта раса развивалась в обычном направлении. то есть совершенствовала орудия труда. Однако появились Сверкающие, и всё изменилось, Технологии, зарождавшиеся у обитателей Коарма, были быстро и не без некоторого насилия забыты, и их место заняла магия. Регрессорство? Нет!

Оставляя в стороне тое факт, что коармитам была предоставлена замена, что их не ограбили, а изменили, происшедшее не вписывается в первую часть рассматриваемого определения – по направленности процесса. Сверкающим – разумным кристаллам, живущим в шестимерном пространстве, ни логически, ни идеологически не интересен конкурент, обитающий в четырёхмерном континууме. То, что было проделано пришельцами на Коарме, для них было всего-навсего наглядным аргументом в споре с Вседержателем! Ни больше, ни меньше…

Пессимистическое резюме

В конце введения к этой обширной статье было обещано  рассмотреть на конкретных примерах, как количественные и качественные различия культур влияют на  качество их контакта. Считается едва ли не аксиомой, что более высокий уровень развития науки и техники обеспечивает превосходство «прогрессивного» общества над отсталым. Соответственно, более развитое технологически общество способно подстегнуть развитие своих младших братьев по разуму, «прогрессировать» их, либо, напротив, – ввергнуть в первобытное состояние, в каменный век, уничтожить вообще. Насчёт последнего спорить трудно: ломать, как известно, – не строить. А вот в остальных случаях возможны варианты.

Рассмотрим некоторые из них.

В романах Д. Брина «Звёздный прилив» и «Война за возвышение» цивилизация галактов обладает неоспоримым техническим превосходством над цивилизацией землян. Оно и не мудрено: техника галактов совершенствовалась сотни миллионов лет. За сроки, сопоставимые со сроками жизни звёзд, даже минимальный прогресс способен привести к феноменальным результатам. Однако возраст означает также предельный консерватизм и приверженность к  множеству ритуалов. Важнейший из них – церемония возвышения. Зрелая разумная раса берёт шефство над расой пред-разумных существ и методами генной инженерии поэтапно возвышает её к разуму и самостоятельности.

По завершении этого процесса, занимающие сотни тысяч и даже миллионы лет, раса-«клиент» расплачивается с расой «патронов» и после тысячелетий службы обретает независимость. Большинство «патронов» когда-то сами были клиентами более древней расы, а те – ещё более древней. цепочка эта восходит к исчезнувшим миллиарды лет назад легендарным Прародителям. Нетрудно заметить, что схема преемственности разума носит патриархальный характер. Сочетание кланово-племенной структуры с высочайшим техническим уровнем поначалу бросает в оторопь. Но на деле общественная структура галактов оказывается жизнеспособной и, быть может, единственно возможной при таких временных масштабах.

А что же земляне? Поднявшиеся до разумности сами, без расы-патрона и исчисляющие возраст своей культуры жалкими веками, они полупрезрительно именуются «волчатами». Ко времени  контакта с галактической цивилизацией люди успели начать масштабные генетические манипуляции с дельфинами и шимпанзе, поэтому им не назначили шефа из числа старших рас. Землянам даже со скрипом предоставили статус патронов  собственного молодого и слабенького клана.

Фанатичным радикалам, которых среди рас галактов и их последователей немало, это ничуть не понравилось. Нет, до откровенного регрессорства не опустились даже самые оголтелые из фанатиков. Такое полностью противоречило бы миллионолетним традициям. Однако интриговать, строить козни и вообще вставлять палки в колёса «волчатам» они не гнушались. Но темпы развития землян эти старания замедляли незначительно. К тому же, неодельфины и неошимпанзе начали прогрессировать в сотни раз быстрее, чем клиенты более консервативных рас, а отношения к ним со стороны людей оказались не иерархическими, а партнёрскими.

Землян не спешат  обучить правильному обращению с  Библиотекой – колоссальным компендиумом, содержащим копившийся миллиарды лет опыт множества космических рас. Но люди и тут изворачиваются. Они – даже страшно помыслить закованным в корсет традиций галактам! – предпринимают собственные исследования, изобретают что-то своё, находят решения благодаря воображению и смекалке. При этом земляне кощунственно утверждают, что такой путь лучше бездумного списывания решений, которые содержит библиотека.

Людям и их клиентам предоставляют для колонизации второсортные планеты, биосфера которых пострадала от войн или экологических катастроф. Но в результате земляне в кратчайшие сроки приобретают репутацию экологических кудесников, чему в немалой степени способствует набранный ещё во времена изоляции опыт по восстановлению биосферы родной планеты. И так далее.

Гибкая, динамичная и легко адаптирующаяся культура волчат стремительно набирает силу вопреки попыткам галактов задержать этот процесс. Превосходство в технике и ресурсах оказывается недостаточным даже  для успешной военной агрессии мощного клана гуксу-губру против самой молодой и слабой колонии землян – Гарта. В финале второго романа оккупанты бесславно убираются прочь, понеся огромные потери…

Неправдоподобно? В какой-то мере – да. Но нельзя не признать, что догмат о первостепенной важности уровня техники требует пересмотра. В принципе лишить людей автомобилей и вновь пересадить на спины лошадей можно. заставить перейти от электрического освещения к лучинам и масляным коптилкам тоже. Но обратный переход – естественнее. И как бы ни было сильно разрушительное начало, даже генералам Пфердам» технический прогресс рано или поздно требуется.

Картина, представленная С. Лукьяненко в романах «Линия Грёз» и «Император иллюзий» весьма мрачна. Несколько разумных космических рас, достигших сопоставимой мощи в экономической, технической и военной областях ведут между собою нескончаемые войны. Все против всех. Не обходятся без конфликтов даже «самые умные» (псилонцы) и самые «безэмоциональные» (силикоиды). Враждуют все! Но обмена информацией и техническими новинками это не останавливает. Там, где разжигаются тотальные войны и геноцид – привычная цель, регрессорство отставлено далеко в сторону. Слишком сильно противодействие, слишком сомнительны результаты.

Из сказанного выше можно сделать два вывода. Во-первых, регрессорство – оружие против слабейшего, а не против равного. Если рассматриваемый процесс может перескочить через этот «барьер», то только ценой потери эффективности. Во-вторых, взаимодействие различающихся культур даже при подавлении одной из них другой означает не только потерю самостоятельности побеждённой стороны, но и расширение смыслового пространства.

Но почему в таком случае резюме названо пессимистическим? Займёмся арифметикой. Разделим контакты между разными цивилизациями на виды в зависимости от их интенсивности:

1. «ТУННЕЛЬНЫЙ» – самый слабый и ненадёжный вид контактов, названный так по известному квантовому эффекту. Имеет место, когда миры разных планетных систем отделены друг от друга из-за светового барьера скорости, непреодолимого для их космического транспорта. Обмен информацией  с помощью электромагнитных колебаний занимает годы и века. Путешествия «во плоти» занимают ещё больше времени, чудовищно невыгодны экономически, да и небезопасны для их участников.

Примеры найдутся в «космических» романах И. Ефремова (кроме, «Часа Быка» –  с некоторыми оговорками), У. Ле Гуин («Ожерелье планет Ойкумены»), в «Звёздном гамбите» Ж. Клейна и многих других авторов. В романе «Операция «Хаос» П. Андерсона цивилизации отделены друг от друга не менее прочной метафизической стеной. «Туннельный» характер носили также первые контакты между Старым и Новым светом до эпохи великих географических открытий.

2. «КАНАЛЬНЫЙ» – любой случай контактов, когда световой барьер преодолевается высверливанием в пространстве «дыр», использованием «червоточин». Миры разделены экономически и политически. Но создаётся некое единое  культурное пространство. Примеры (в порядке нарастания интенсивности):  «Враждебные звёзды» П. Андерсена, романы Л. Буджолд, «Туннель в небе» Р. Хайнлайна, «Тень ветра» М. Ахматова.

3. АССОЦИИРОВАННЫЙ

Возможность вступить в контакт резко возрастает по сравнению с предыдущим видом, Глобальная интеграция, создание единого жизненного пространства. из многих «кусочков» в виде обитаемых, обживаемых и разведанных планет.Типичный пример – Великая сеть из  двух первых книг цикла Д. Симмонса «Песни Гипериона». Много миров – одна цивилизация. Динамичность последней формации ограничена (доводы М. Крайтона в разделе ПОГРАНИЧНЫЕ ЯВЛЕНИЯ. ИСКЛЮЧЕНИЯ данной статьи, смотри выше).

4. ДИССОЦИИРОВАННЫЙ. Чаще всего встречается в фантастике классического этапа и у авторов, использующих старые сюжетные наработки. Сообщение между мирами идёт традиционным образом, с помощью космических кораблей, способных преодолевать световой барьер. По интенсивности этот тип контактов близок к «канальному», но отличается большей свободой: перемещения отдельных кораблей планетным властям контролировать трудно, почти невозможно. Примеры – романы А.Азимова, Р. Хайнлайна, Э. Нортон, братьев Стругацких о Мире Полдня и многое другое.

5. БАНОЧНЫЙ – происходит, когда две или более культуры претендуют на одно жизненное пространство.  Примеры: Ф. Карсак «Этот мир – наш»; дилогия С. Лукьяненко «Звёзды – холодные игрушки»; У. Ле Гуин «Слово для «леса» и «мира» – одно». Несколько наособицу: «Зловещий барьер» Э. Ф. Рассела и «Паразиты сознания» К. Уилсона. а также первая часть его же «Мира пауков».

Приведённое деление весьма условно и ни в коей мере не претендует на полноту. Однако, если сопоставить его с известными по НФ-литературе случаями прогрессорства и регрессорства, шире – конфликтности либо сотрудничества, получившаяся картина даёт мало поводов для оптимизма.

Во-первых, во Вселенных, где доминирует доброжелательность,  преобладают контакты первого типа – самые слабые и мало интенсивные (вспомним Великое Кольцо и гибель многих звёздных экспедиций в романе И. Ефремова «Туманность Андромеды»). Близкие контакты способны поставить нелёгкие проблемы. Если бы обитатели планеты Зирда не погибли, а накопили достаточно анамнезона, кто смог бы гарантировать успех миссии землян с их идеей ограничения потенциального вооружения? А в романе «Час Быка», когда уже положено начало «канальному» способу контактов, официальная доктрина планеты Торманс отвергала любые попытки контактов извне.

Во-вторых, при «баночном» контакте ни о каком сотрудничестве речь не идёт вообще. Возможны лишь два исхода: геноцид либо полное подчинение. Спор может разгораться даже не за один и тот же lebensraum, а за жизненно необходимый ресурс: специю  в «Дюне» Ф. Херберта, ментальный потенциал в «Паразитах сознания» К. Уилсона.

Нередки случаи, когда вспыхивает конфликт между генетически едиными расами, сосуществующими на одной планете. Нет сомнения, что Семьи Говарда были бы уничтожены «короткоживущими» хомо вульгарис. не подвернись долгожителям возможность сбежать из Солнечной системы. У Хайнлайна прямым текстом сказано. что такой конфликт неразрешим ни логически, ни этически – и лишь расстояние может положить ему предел.

Примеры без труда можно множить. В романе Ф. Карсака «Этот мир – наш» опыт общения различных рас увековечен в Стальном законе: «Одно человечество – одна планета». Только существование этого правила позволяет поддерживать мирное существование в Лиге Человеческих Миров.. А ведь Карсак по праву может быть причислен к писателям- «оптимистам»!

Печальна судьба новых планет, увлекаемых процессами интеграции в пасть Великой Сети (смотри рассказ Д. Симмонса «Вспоминая Сири»). Планета Мауи-Обетованная, став частью Сети нуль-порталов, за несколько лет оказывается разграблена, вытоптана полчищами туристов и во всех смыслах унифицирована. Почти идиллическая культура и уникальная экосистема Мауи-Обетованной утрачены безвозвратно.

В романах Л. Буджолд описаны три вида генетических меньшинств: квадди, бетанские гермафродиты и телепаты. Для всех трёх видов выживание оказывается связано с той или иной степенью изоляции. Другие генетические меньшинства, находящиеся на пороге обособления в отдельную расу (аут-лорды) занимают правящее положение в Цетагандийской империи, используя неизменённых генетически людей весьма утилитарным способом – как рабсилу или пушечное мясо. При этом Цетаганда как целое находится в состоянии неявного, но перманентного и неразрешимого конфликта со всей остальной галактикой.

Итак, «добрая воля» и даже степень развития цивилизации определяют тип контакта в меньшей степени, чем его интенсивность. И выбор между регрессорством и прогрессорством возможен в случае «канальных» и «диссоциированных» контактов. Насколько маловероятен конфликт в случае «туннельного» контакта, настолько же высока, почти неизбежна вероятность конфликта при споре двух и более культур при контактах «баночных».

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.