Планетология и планетография

Планетология и планетография

«Существует бесконечное множество миров, различающихся по размеру, и в некоторых из них нет ни Солнца ни Луны, в то время как в других их больше, чем у нас, и они больше по размеру…»
Демокрит.

Историю фантастической планетографии хочется начать с сочинения Иоганна КЕПЛЕРА «Сон, или Лунная астрономия». И дело здесь не в каких-то внеземных особенностях и диковинах. Интерес в попытке  впервые обрисовать космический облик нашей родной планеты.

Вглядываясь в Землю с Луны, Главный Герой различает на земной поверхности континенты, напоминающие ему различные фигуры: девушка,сжимаемая в объятьях великаном, — Европа и Африка; кошка — Скандинавский полуостров; качающийся колокол — Южная Америка. В фигуре мифического единорога смутно сливались недавно открытая Австралия и сказочные южные области. Любопытно, что о полярных шапках автор не упоминает ни слова — полярные области будут исследованы спустя много десятилетий. Несмотря на обилие вопиющих картографических несоответствий, КЕПЛЕР сделал огромный шаг вперёд, соединяя фантазию с уровнем передовых в его время научных взглядов…

Иллюстрация Р. Г. Мора
Иллюстрация Р. Г. Мора

Если поставить перед собой задачу – составить просто полный перечень фантастических планет, то и на это уйдёт уйма времени. Казалось бы, для их колоритного описания времени потребуется на порядки больше. Однако нередко авторы ограничиваются весьма скудным описанием придуманных ими космических объектов, которых никто и никогда не увидит. Фантастам зачастую  важнее разработать масштабный и захватывающий сюжет в  едва обозначенных  условиях места действия. Это уж потом составители «вукипедий» задним числом распишут, чем же знаменита, например, планета Орд Мантелл, упомянутая в «Звёздных войнах». Но и в этом случае вместо исчерпывающей планетологии вам, скорее всего, подсунут весьма поверхностную планетографию. В строгом соответствии с изложенной выше идеей Демокрита, но практически на уровне научного опыта всё того же  античного мыслителя.

Каков же тогда высший уровень подачи материала? Здесь в разные стороны отличались фантасты как далёкие от астрофизики, так и занимавшиеся ею профессионально.

Великолепна фантазия П. АМНУЭЛЯ, в повести которого «Крутизна» встречаются планеты с конфигурацией длинных полимерных цепей.

Планетология и планетография в фантастике

Запоминается и планета Ян-Ях в романе И. ЕФРЕМОВА «Час Быка». Её ось вращения совмещена с траекторией орбиты, но совсем не так, как у нашего Урана. В результате отсутствует смена времён года. А восемь материков, сгруппированных четырёхзвенными венчиками в средних широтах каждого из полушарий, дают простор  теплым экваториальным течениям. Рай, а не планета, если бы ни хищническое разграбление её ресурсов в угоду местным олигархам… Но дело в ином. Где ещё найти такого фантаста, который уделил бы детальному описанию чужой планеты так много места?

Вот её панорама с высоты: «Параллельные рёбра рассечённых низких гребней, вереницы теснящихся друг на друга пирамид, лабиринты сухих долин на необозримых плоскогорьях Ян-Ях казались светло-коричневыми с фиолетовым оттенком. Местами тонкий растительный покров набрасывал на изрытую и бесплодную почву шоколадное покрывало. Колоссальные излияния морщинистых тёмно-серых лав отмечали область экваториальных разломов. Вокруг этих мрачных зон почва приобрела кирпичный цвет, а по удалении от лавовых гор становилась всё желтее. Симметричные борозды песчаных дюн морщинили пустынное побережье, и планета казалась необитаемой.

Лишь присмотревшись, земляне увидели, что вдоль больших рек и в низменных котловинах, где почва голубела от влажных испарений, большие площади были разбиты на правильные квадраты. Затем проступили дороги, зелёные острова городов и огромные бурые пятна подводных зарослей на морских мелководьях».

В данном случае понятно, что столь живописная картина удалась автору романа благодаря прекрасному и профессиональному знанию особенностей геологии собственной планеты. А это для писательского круга нехарактерно, и иногда дар и фантазия литератора кардинально расходились с действительностью. Но…

«Венерианское вечереющее небо бескрайним куполом стояло над головой. В зените оно было белесо-зелёным… К западу зелёный переходил в белесо-синеватый, затем синий. фиолетовый и, наконец, над самым хребтом Эйнштейна, в пурпурный…

Рельеф внизу выглядел как жёваная, мятая, тёмная бумага. Только поверхность озера…отражала небо, была светлой, напоминая жидкий, застывающий металл из домны – яркое пятно среди черезполосицы, среди окаменевшей сумятицы провалов и возвышений (С. ГАНСОВСКИЙ «Спасти декабра!»).

И пусть на Венере, как это было установлено позднее, нет ничего похожего, всё же хочется сказать спасибо фантасту за его мастерство и умение погрузить читателя в воображаемый мир.

Условности условностям – рознь. Если взять череду «карт средиземий», из романов в жанре фэнтези, таких вроде бы, на первый взгляд, разных, то можно убедиться: куцая  и однообразная планетография прослеживается повсюду, а вот планетологии здесь никогда не будет по определению. Узость взглядов на структуру Мироздания эльфов, орков и прочих  диковинных существ объяснить можно, с одной стороны, причастностью к магии. Удивительные народцы существуют на плоскости без надобности научного познания. Им тесно в их мирке, где бушует взаимная вражда, а заканчивающаяся массовым смертоубийством вражда или взаимная неприязнь «народцев» в порядке вещей.

За ареалом же придуманной автором картинки, как правило, нет ничего, кроме зияющей пустоты. Место астрономии, в самом лучшем и редком случае, навсегда занимает астрология.

В обособившемся «университете» Хогвартс химия вырождается в алхимию и далее в «зельеварение». Гномы не пишут трактатов по геологии. А возвратившись через десяток с лишним веков в Нарнию, «четверо королей», по сути, не находят там никаких радикальных перемен! Даже оружие по-прежнему представляет собой  дреколье тысячелетней давности.

А ведь сам Д. Р. Р. ТОЛКИЕН говаривал, что нетрудно, дескать, придумать зелёное солнце. То ли дело придумать историю красивого мира.

Полноте! Бесконечную череду сменяющих друг друга правителей, злых и условно добрых можно продолжать и продолжать, пока не надоест. А вот прочим надлежит существовать, не поднимая глаз на звёздное небо, не мечтая раздвинуть пределы своего познания. Это равносильно, если не скорому духовному самоубийству, то безнадёжному социально-общественному топтанию на месте.

Планету Зелёного Солнца посетил однажды один из героев Э. ГАМИЛЬТОНА –  капитан Фьючер, но ему, в первую очередь, пришлось налаживать взаимоотношения с аборигенами. И автор не потрудился дать читателю хотя бы самую малость астрофизических данных. Может, в этом конкретном случае ТОЛКИЕН оказался несколько прав.

планетология и планетография

Кстати, у И. ЕФРЕМОВА («Туманность Андромеды») земляне открыли Планету Зелёного Солнца пригодную для жизни. Колонизация туда последовала, несмотря на огромные материальные затраты на данное предприятие.

В пику этому случаю, история с «вогнутой» планетой Саракш, обитатели которой, похоже, не знают ни аэронавтики, ни авиации, ни телескопов. Попавший туда землянин тщетно пытается объяснить аборигенам объективное устройство Вселенной. Таков условный мир, придуманный А. и Б. СТРУГАЦКИМИ в повести «Обитаемый остров».

Человек с жаждой приключений смотрит на другие планеты, надеясь найти там прекрасную природу, уединиться подальше от цивилизации. Но для того, чтобы уединиться, не обязательно лететь на другую планету. Достаточно отправиться вдомике на Истре на выходные, чтобы отключиться от повседневного стресса и расслабиться.

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.