Дитя Света: Рождение Легенды. 10. Новые откровения

Глава 10 — Новые откровения

Глава 10 — Новые откровения

На следующее утро Мэндл направился прямиком к Лептону.

– Как самочувствие?

Юноша изобразил улыбку и небрежно пожал плечами.

– Вроде неплохо, но… если б не все те вопросы, которые меня терзают, было бы лучше. А как там Мавлериан?

– С ним все в порядке. Благодаря вам.

Старик улыбнулся и на мгновение затих.

– Могу я задать тебе один вопрос?

Юноша кивнул.

– Вы ведь с Дорианом не были друзьями. Так почему ты решил ему помочь?

Мэндл, задумавшись, увел взгляд куда-то в сторону. Немного помолчав, он ответил:

– Честно говоря, я даже не знаю. В тот момент, когда он услышал о Мавлериане, я почувствовал, что ему нужна помощь. Я просто поддался этому чувству и пошел за ним. Вот и все.

Волшебник пристально смотрел на ученика.

– Я сделал что-то не так?

– О, нет. Ты поступил верно. Мне просто было интересно узнать причину. Но, по-видимому, ты сам не знаешь ответ. Думаю, нам стоит начать тренировку. Но для начала я хотел бы обсудить с тобой Испытание Души.

Мэндл с воодушевлением посмотрел на учителя.

– Во-первых, любое Испытание Души полностью безопасно, так как проводится внутри подсознания учеников, а сам процесс контролируется Краером и помощниками из духовной общины. Наши предостережения об опасности являются лишь проверкой для юного кандидата, который должен быть уверен в своих силах. А то, что случилось во время твоего Испытания, – довольно необычно.

– Вы имеете в виду появление чародея?

– Не только его. Дело в том, что в первых трех поединках ты пользовался исключительно навыками ближнего боя, хотя в каждом из них магия могла дать тебе большое преимущество, и тем не менее, доступ к ней у тебя был закрыт. И только когда тьма окутала твой разум, душа наконец проявила себя. Это очень необычно. Такое впечатление, будто она берегла свои силы. Но откуда ей было знать, что они понадобятся именно в последнем бою?

Этот вопрос волшебник будто бы задал самому себе. Взгляд старика устремился вдаль, а левая рука уперлась в подбородок. Мэндл молча наблюдал за учителем.

– Так и что это значит? – наконец спросил юноша, не выдержав долгого молчания.

Лицо Лептона вздрогнуло от неожиданности.

– Прости, Мэндл, – ответил тот с улыбкой, – иногда размышления уводят меня слишком далеко. А по поводу Испытания, твоя архаидная природа все еще остается для меня загадкой… Но одно я могу сказать наверняка: Небесная Магия, которой воспользовалась твоя душа против чародея, – довольно редкое явление, и его характер до сих пор никому не известен. Лишь немногие волшебники обладали этой силой, и о них, к сожалению, совсем не сохранилось никаких сведений.

– Я хочу, чтобы ты всегда помнил одну вещь, – произнес Лептон, немного помолчав, – твоя душа воистину уникальна и порой преподносит сюрпризы. И ты всегда должен брать это в расчет, когда принимаешь какое-либо решение. Только ты сам знаешь ответы на все интересующие тебя вопросы. Договорились?

– Буду стараться, – отшутился юноша. – А я могу научиться использовать Небесную Магию?

– Боюсь, что на этот и другие вопросы касательно нее тебе придется ответить самому. Это не в моих силах. Небесная Магия не относится к разряду стихий. И боюсь, что в Раминге нет никого, кто мог бы тебе с этим помочь.

В разговоре повисла пауза.

– Я хотел спросить, – произнес Мэндл. – Какой силой обладает Дориан?

– Вижу, на тебя произвел впечатление совместный поход. Дориан действительно необычный юноша. Сила шестой чакры доступна немногим душам. Но даже те, у кого она открыта, не обладают всеми возможностями, которые она дает. На данный момент Дориан владеет основной способностью – управление пространством, – которая имеет некоторую схожесть с Пространственной Алхимией, однако возможности их различаются.

– А как насчет пятой чакры? Она ведь тоже связана с пространством.

– Пятая чакра, в отличие от шестой, позволяет взаимодействовать с энергией пространства и в какой-то мере использовать ее в собственных целях, но она не дает тебе силы управлять ею. Ты узнаешь об этом чуть больше по мере твоего развития.

– То есть шестая чакра – это усовершенствованная версия пятой?

– С точки зрения магии – да. Но в остальном не совсем.

– Значит ли это, что человек, обладающий силой шестой чакры, может использовать навыки пятой?

– Нет. Хотя шестая чакра считается более могущественной, она все же имеет свои ограничения, и без доступа к магии пятой чакры волшебник не сможет использовать ее навыки. Более того, пятая, шестая и седьмая чакры имеют небольшую, скажем так, специализацию, которая дает доступ к тем или иным способностям соответствующего центра. Это значит, что способности двух людей, обладающих силой пятой, шестой или седьмой чакры, могут значительно отличаться друг от друга.

– От чего это зависит?

– Насколько нам известно, это контролируется душой. Но почему тот или иной человек обладает силой конкретной чакры, нам не известно. Еще есть вопросы?

Мэндл помотал головой.

– Хорошо, теперь пора заняться делом. Сегодня ты попробуешь провести свой первый эксперимент по смешиванию стихий. Выставь обе руки и создай шар эфирной энергии в правой ладони и шар воздушной энергии в левой.

Над руками Мэндла возникли две полупрозрачные сферы. Та, что в правой руке, имела вид искаженного полупрозрачного облака, в левой же она напоминала клубок дыма серо-зеленого цвета.

– Соедини их.

Парень приблизил ладони друг к другу, сохраняя небольшую дистанцию. Между ними образовался туман с нежным оттенком бирюзового цвета.

– Поздравляю, ты только что совместил энергию двух стихий, или двух чакр, как тебе угодно. Казалось бы, ничего сложного. Да и, в конце концов, что тебе это дает? Вопрос интересный, и если рассуждать логически, можно смело заявить, что две стихии будут всегда сильнее одной. Но так ли это на самом деле?

Лептон выдержал паузу.

– В действительности все зависит от силы волшебника, или, другими словами, от силы его души и связи с ней. Бывает такое, что самая мощная техника двух стихий не может разрушить обычный огненный щит искусного мага. А происходит это, потому что энергия, струящаяся из одной чакры, в руках могущественного волшебника может превосходить энергию из двух и более чакр менее опытного оппонента. Как это делается, тебе расскажут на психоэнергетике. Моя же задача научить тебя комбинировать стихии, ведь тот же искусный волшебник, пользуясь магией всех своих чакр, способен одолеть целую армию. Потому владеть навыком комбинирования стихий очень важно. Это дает дополнительную мощь твоим атакам.

– В твоей руке сила четвертой и пятой чакр, – продолжил он мгновение спустя, – в чем преимущество данной комбинации? В первую очередь – это энергия высоких чакр, поэтому она имеет более тонкую полевую структуру, что дает ей способность в буквальном смысле рассекать магию врага. Эта комбинация особенно хорошо показывает себя в защитных целях. Научившись искусно использовать эфирно-воздушную энергию, ты сможешь отразить почти любое направленное на тебя заклинание.

– А что, если я просто создам щит из этой энергии?

– Что ж, давай это проверим, – произнес Лептон, отойдя чуть подальше.

Мэндл окружил себя сферой.

– Готов?

– Да.

Волшебник направил в сторону юноши поток огня. Достигнув барьера, струя стала медленно расплываться по сторонам. Щит при этом начал плавиться. Меньше чем через минуту поток растопил сферу. Ученик едва успел отскочить в сторону, избежав столкновения с огненной массой.

– А теперь я хочу, чтобы ты из этой же энергии создал перед собой мыслеформу с острым углом.

Волшебник вновь направил поток в сторону юноши. На этот раз защита Мэндла рассекала магию Лептона.

– Думаю, разница очевидна. Форма тоже имеет огромное значение. И чем искуснее ты используешь мыслеформы, тем больший эффект оказывает твоя магия. Этому тебя и научат занятия по мыслеформам.

– А эту комбинацию стихий можно использовать для атаки?

– Любую комбинацию можно использовать как для атаки, так и для защиты. Но эффективность будет сильно отличаться в зависимости от сочетания. В твоем случае сплетение стихии воздуха и эфира особенно эффективно в ближнем бою. Думаю, ты уже это заметил.

Юноша кивнул.

– Что ж, продолжим.

***

Мэндл направился на урок по мыслеформам. Площадь находилась недалеко от тренировочного зала Лептона. Дримик привез хозяина на платформу алмазно-зеленого цвета. От ослепляющего блеска кристаллов юноша невольно прищурил глаза.

Ученик спустился на землю и невольно отпрянул – рядом с ним стоял новый учитель. Длинные темные волосы, небрежные усы и добрые, как у ребенка, янтарные глаза. Мужчина был средних лет, чуть худощавый, а по росту лишь немного превышал Мэндла.

– Добро-о пожа-а-аловать, – протяжно произнес учитель безмятежным голосом. – Меня-я-я зову-ут Э-э-эндриэ-эл. Проходи-и-и…

Двери распахнулись. От вида, представшего собеседникам, у Мэндла невольно отвисла челюсть. Юноша не мог поверить глазам, – он стоял на песчаном пляже. Перед ним до самого горизонта простирались глубокие морские воды. Глаза ослепляли солнечные лучи. А оглянувшись, юноша увидел пальмы.

– Где это мы? – изумленно воскликнул Мэндл.

Лицо учителя расплылось в озорной улыбке.

– Внутри-и мыслефо-о-ормы.

Мастер мелодично протягивал каждое слово, как будто пытался загипнотизировать ученика. Однако юноше от этого хотелось только зевать.

– Так это все иллюзия?

– Я бы так не сказа-ал. С точки зрения нашей физической реа-а-альности-и – да-а-а, э-это иллю-юзия, – ответил он еще более безмятежным голосом, так что Мэндл чуть не уснул. Но в следующий миг он резко изменил интонацию, повысив голос:

– Но е-если посмотреть на это с точки зрения бесконе-е-ечной и разу-у-умной реа-а-альности Творца, то э-эта мыслефо-о-орма более реа-альна, чем то, чего ты мо-ожешь косну-уться рука-ами.

– Так этот песок не настоящий? – поинтересовался юноша, пытаясь не реагировать на странную манеру речи учителя.

Ученик наклонился и, коснувшись земли, понял, что они все еще в Раминге.

– Этот – нет. Но существует тип мыслеформ, которые могут по-о-олностью погрузить сознание человека в иллю-ю-юзию. В э-этом слу-учае подсознание может пове-е-ерить в реа-а-альность увиденного и спроеци-ирует соответствующие ощуще-е-ения так, что все будет казаться настоя-ящим.

– И вы меня этому научите? – с энтузиазмом произнес юноша.

Звонкий, но в то же время мягкий хохот учителя слегка ошеломил Мэндла.

– Это была лишь демонстра-а-ация того, что ты можешь достичь спустя мно-о-огие годы. Мы-ы же с тобой начнем с са-а-амого просто-ого.

Эндриэл вытянул руку и создал маленький полупрозрачный тетраэдр.

– Только не это… Мы ведь уже проходили это с Лептоном.

– Да неуже-е-ели? – дразня ученика, пропел волшебник.

Мэндл гордо кивнул головой.

– Что ж, создай мне куб в таком случае.

– Э-э-э?

– Куб, – с озорным видом продолжал учитель.

Мэндл некоторое время, нахмурившись, смотрел на ладони. Затем, повернувшись к учителю, наконец спросил:

– А что это?..

Лицо Эндриэла расплылось в улыбке.

– Ты даже не знаешь о различных фо-ормах мыслеф-о-орм, так как ты можешь утверждать, что можешь их де-е-елать?

Юноша пожал плечами и тяжело выдохнул:

– Что ж, вы правы.

– Надеюсь, больше у нас по этому поводу разногласий не будет.

Ученик кивнул.

– Вот и замечательно. А теперь начнем.

Учитель создал правильный четырехугольник.

– Это куб. Шесть сторо-он. Восемь верши-ин. Двенадцать ре-ебер, – с серьезным видом произнес он. – Конус: Одна-а верши-ина. У основания кру-уг. Цилиндр. Октаэдр. И так далее. Все эти формы тебе нужно запо-о-омнить, так как они пона-а-адобятся нам в дальне-ейшем.

– И зачем мне это?

– Ка-а-аждая из фо-орм обладает осо-обым свойством. Шар, к при-имеру, – это первичная форма любо-о-ой мате-е-ерии, фигура с бесконе-е-ечным числом вершин. Что это дает нам? Абсолю-ю-ютную защи-иту. Конус, направленный вверх, – символ обращения к Творцу. Конусообразная мыслефо-о-орма может соединить тебя с эне-е-ергией Творца. И так далее. О свойствах каждой фигуры ты узна-аешь по-о-озже. На данном этапе нас интересует построе-е-ение этих са-амых мыслефо-орм. Очень ва-ажно развить твои навыки визуализации. Этим мы и займемся.

***

Закончив тренировку с Ролоком, юноша направился в столовую, в надежде отдохнуть в кругу друзей. Взяв свою дневную порцию, он осмотрел зал и увидел одиноко сидящую Лориану. Вспомнив о запрете Краера, Мэндл начал искать возможность не рассказывать об испытании. Кании и Вильгеру каким-то образом ведь удалось сохранить от него это в секрете, а значит, и у него должно получиться.

– Привет, – произнес юноша и сел напротив.

– Мэндл! – с улыбкой воскликнула девушка. – Ты где пропадаешь? И… откуда у тебя эта одежда?!

– Ээм…как бы это сказать…

Лориана, нахмурившись, пронзила собеседника изучающим взглядом.

– В общем, у меня теперь другие предметы.

– Другие? А как так вышло?

Мэндл пожал плечами.

– Мастер Лептон давно говорит, что я быстро учусь. Видимо, пришло время для более сложной программы.

– А одежда?

– Ах, это…

В разговор вмешались Вильгер и Кания, подсевшие к ним за стол.

– Может, вы мне объясните, почему я до сих пор вынуждена носить какой-то старый потрепанный безвкусный костюм, в то время, как все остальные расхаживают в распрекрасных блестящих одежках?

Друзья растерянно переглянулись.

– Да в чем дело то? – допытывалась девушка.

– Просто…

– Дело в том, – вмешалась Кания, – что для изготовления костюма нужно время. Возможно, твоя душа настолько уникальна, что феи до сих пор не смогли подобрать нужные ингредиенты.

Лицо Лорианы мигом преобразилось, перекрасившись в розовый цвет.

– Так это все дело рук фей?! Ух ты!

Мэндл, посмотрев на Канию, вздохнул с облегчением.

«Интересно, а где Дориан?» – промелькнула мысль в его голове.

– Значит, больше у нас совместных занятий не будет? – спросила Лориана, прервав мысли юноши.

– Похоже, что нет.

– Жаль. Никогда не забуду нашу первую встречу.

– Да, это было…

– Волшебно!

– И-и-и правда… По-другому это никак не назовешь.

– И что за волшебство произошло между вами? – поинтересовался Вильгер.

Кания молча уткнулась в тарелку, не подавая виду, что от этого разговора ей не по себе. Мэндл, посмотрев на нее, понял, что ляпнул что-то не то, и поспешил исправиться:

– Да на самом-то деле ничего волшебного там не было… Просто приятное совпадение.

– Из нескольких десятков человек только мы вдвоем владеем силой пятой чакры и при всем при этом стояли рядом друг с другом. Если это «просто приятное совпадение», то я готова выйти замуж за гнома!

Молодые люди рассмеялись.

– По-вашему, это смешно? – послышался голос из-за соседнего стола.

Ребята обернулись и увидели остроносого гнома в красном костюме. Его нахмуренные брови и прищуренные глаза имели грозный вид.

– Я совсем не это хотела сказать… – с досадой произнесла Лориана.

– Знаю я, что ты хотела сказать.

– Нет, правда…

– И даже не пытайся себя оправдать!

Гном самодовольно фыркнул и что-то пробормотал себе под нос, все еще испепеляя взглядом сконфуженную девушку.

– Они все такие ворчливые? – прошептала она.

– Я все слышал! – послышался недовольный возглас гнома.

Ребята дружно засмеялись, и лишь Лориана чувствовала себя неловко.

***

После обеда Мэндл направился на тренировку по психоэнергетике. Он не знал, кто будет его учителем, поэтому надеялся на приятный сюрприз. И когда он прибыл на платформу нежно-розового цвета, от удивления разинул рот: у входа в роскошном одеянии и с ангельской улыбкой на лице стояла Милариэль.

– Вы?..

– Что, не рад меня видеть?

– Конечно, рад! – ликующе вскинув брови, ответил ученик. – Но почему?

– Что поделаешь Мэндл, мне понравилась твоя компания. Не могла упустить возможности помучить тебя еще немного.

– Уж это вы умеете, – отшутился юноша.

Волшебница улыбнулась. Собеседники оказались внутри маленького зала бледно-сиреневого цвета. Из пола выскочили два кресла. Устроившись поудобней, учительница продолжила:

– Похоже, что пришло время тебе узнать чуть больше о нашей энергетической структуре. Иначе тебя бы здесь не было.

– Лептон посоветовал мне это занятие.

– Именно так все и случается, – с задорной улыбкой произнесла учительница.

– О чем это вы?

– Когда наступает определенный этап в нашей жизни, вселенная направляет нас в нужном направлении. Это происходит незаметно, порой даже банально. Но как бы это ни случилось, мы всегда в конечном итоге оказываемся в нужное время в нужном месте.

– Звучит так, будто все предопределено, – нахмурив брови, ответил юноша.

– Поначалу всем так кажется. На самом деле все совсем наоборот: мы делаем выбор на уровне подсознания, а жизнь помогает нам осуществить это желание.

– То есть любое наше желание может быть исполнено?

– Почти.

– Но как это связано с психоэнергетикой? – все еще недоумевая, расспрашивал юноша.

– Самым прямым образом. Психоэнергетика – это учение об энергетическом пространстве, которое создается нашим подсознанием, или, иначе говоря, душой. Все наши мысли, чувства и действия формируют наше энергетическое поле, от которого зависит наша жизнь. И все это происходит с помощью чакр. Поэтому на них мы и будем делать особый акцент. Я уже говорила, что для мага очень важно иметь сбалансированные чакры, ведь от их состояния зависит сила и уровень владения магией.

– У меня вопрос. Вы ведь знаете о Небесной Магии?

Женщина кивнула.

– Почему ее так назвали?

– В природе нет стихии, которая бы относилась к этому типу магии, поэтому для многих из нас этот феномен до сих пор остается загадкой. Мне лишь известно, что Небесная Магия обладает необычайными свойствами.

– Какими? – сжав кулаки от нетерпения, произнес юноша.

– Говоря простым языком, она меняет людей, – с серьезным видом проговорила Милариэль.

Разговор на мгновение затих. Мэндлу показалось, что волшебница вложила в эту фразу часть своей силы – настолько сильно она повлияла на него.

– Надеюсь, в лучшую сторону? – нарушив тишину, произнес ученик.

– А это уже зависит от волшебника, который использует Небесную Магию.

– Но как это случается?

– Каждый раз, когда соперники вступают в схватку, между ними происходит обмен энергией. Обычно это не оказывает сильного влияния. Но если поединок проходит против человека с Небесной Магией, то после него ты часто становишься сам не свой.

– Что вы имеете в виду?

– Все. Меняются мысли, чувства, поступки. Порой даже цель жизни. Постепенно эти перемены начинают играть значительную роль. И со временем ты замечаешь, что уже никогда не сможешь быть прежним. Мы так и не смогли выяснить, от чего это зависит. Возможно, что ты нам поможешь.

– Вы знаете?..

– Я знаю все о своих учениках, – загадочно добавила она.

Мэндлу хотелось продолжить расспросы. Но что-то внутри остановило его.

– Так чем мы сегодня займемся?

– Не так быстро, молодой человек. Всему свое время.

– Ну что опять? – закатив глаза и недовольно вскинув брови, спросил он.

– Просто я еще не закончила с теоретической частью. Прежде чем мы приступим к практике, ты должен знать все необходимое. Психоэнергетику, точно так же, как и биоэнергетику и космоэнергетику, большинство рассматривает всего лишь как дополнение к основным навыкам, однако я считаю, что этой наукой должен овладеть каждый. Это особенно необходимо для защиты от темной магии.

– Лептон упоминал об этом… Вы не могли бы больше рассказать мне о темной стороне психоэнергетики?

– А почему тебя интересует именно темная сторона?

– Я хочу знать, какими инструментами пользуется враг.

Милариэль пристально смотрела в глаза ученику. Немного подумав, она продолжила:

– Что ж, я расскажу тебе об этом. Но это должно остаться между нами.

Мэндл кивнул. Волшебница сделала глубокий вдох и немного погодя продолжила:

– Ты, наверное, уже заметил, что в нашем мире все основано на биполярном принципе: без добра нет зла, без света нет тьмы, без страха нет любви. Без одного не было бы второго. Вместе они формируют целое. Так заведено, что Творец решил познать себя через эту двойственную систему. И мы, как его создания, вынуждены получать опыт в рамках этого закона. Для многих людей очевидно, что движение в сторону Света имеет больший смысл и приносит большую радость, нежели движение в сторону Тьмы. Однако некоторые души, такие как Геордин, принимая неверные решения, выбирают второй путь, в результате чего происходят конфликты, которые порой перерастают в войны. К сожалению, даже те, кто на первый взгляд идут путем Света, иногда сходят с тропы, так как считают, что в их случае решение оправданно. В таком невежестве и рождается Тьма. Я хочу, чтобы ты запомнил, Мэндл: за все в нашей жизни в ответе только мы сами. Каждое событие, каждая встреча, каждая эмоция, мысль, действие – ответственны за все это только мы сами.

– Но…

– Только мы сами, – твердо повторила она. – Ты сам поймешь, когда придет время. Сейчас я просто хочу, чтобы ты поверил мне.

Ученик на мгновение замешкался с ответом, но затем молча кивнул.

– Но как это относится к моему вопросу?

– Важно не просто знать способности врага, но и причину, по которой он это делает. Если ты все еще хочешь услышать ответ, ты должен выслушать все до конца.

Юноша тяжело вздохнул.

– Так вот, между путем Света и путем Тьмы очень тонкая грань. Ты можешь всю свою жизнь двигаться в сторону добра пока какое-то событие не изменит твою жизнь, и ты, находясь под воздействием нагрянувшей беды, выбираешь тьму. Это говорит о том, что хоть твои намерения и были чисты, но в них не было особого смысла для тебя самого. Ты просто шел этим путем, потому что считал его правильным. Но этого недостаточно.

Милариэль сделала паузу.

– Очень важно, Мэндл, понимать причину каждого поступка и принятого решения, только тогда ты сможешь избежать такой участи. У всего, что ты делаешь, должен быть смысл. Твой собственный смысл. Без этого ты можешь легко сойти со своего пути и оказаться в ловушке собственных убеждений.

Мэндл зачарованно глядел в мудрые и заботливые глаза наставницы. Немного помолчав, волшебница продолжила:

– Так вот темная магия – это самая большая ловушка, в которую только может попасть человек. Путь тьмы – это выбор, при котором человек решает служить самому себе. Путь Света же, наоборот, – это путь служения другим. Все это исходит из одной простой истины о том, что все мы едины.

– Но если мы все едины, то служа себе, мы точно также служим и другим, разве нет?

– Это верно, Мэндл. Однако, направляя энергию на самого себя, мы тем самым препятствуем свободному прохождению потока Энергии Творца через нас. И это в конечном итоге затормаживает наше развитие. Служение себе также предполагает безответственность по отношению к окружающим, что не может не сказаться на твоем будущем. Рано или поздно душе придется заплатить за каждый поступок. Путь Тьмы – всегда тупиковый путь. Что бы ни случилось, Мэндл, ты должен об этом помнить.

Милариэль затихла, внимательно глядя на юношу. Немного погодя она продолжила:

– Я вижу, что твои намерения чисты, Мэндл. Однако ты должен понять, что я, отвечая на твой вопрос, беру на себя огромную ответственность. Я верю тебе и потому не вижу смысла умалчивать о том, что может помочь тебе одолеть нашего врага. Но я считаю, что ты должен знать всю правду, а не только часть ее. Ты меня понимаешь?

Юноша кивнул.

– В таком случае пришло время ответить на твой вопрос.

Волшебница некоторое время задумчиво смотрела в потолок, затем, снова взглянув на ученика, произнесла:

– Как тебе уже известно, каждая мысль и эмоция формируют мыслеформу в нашем энергетическом пространстве. Обычно эти мыслеформы либо растворяются спустя время, либо продолжают следовать за нами, оказывая влияние на наше подсознание. Опытные психоэнергеты умеют не только очищать свое пространство от посторонних мыслеформ, но и использовать собственные мыслеформы, чтобы влиять на других людей. Суть этого метода заключается в том, чтобы создать определенный тип мыслеформы, а затем поместить его в энергетическое пространство человека, на которого ты хочешь повлиять. Такие мыслеформы называются паразитическими. Проблема в том, что никто не осознает тот факт, что большая часть мыслей, которые приходят к ним в голову являются всего лишь результатом взаимодействия с энергией окружающего мира, но никак не продуктом нашего сознательного ума. Поэтому распознать паразитическую мыслеформу бывает довольно трудно, особенно если она была внедрена опытным магом. Так как чем искуснее психоэнергет, тем продуманней и сложнее будет его мыслеформа.

– А в чем выражается мастерство созидания таких мыслеформ?

– Представь, что в твою голову внезапно пришла навязчивая идея захватить власть над Рамингом. Ни с того ни с сего. Как ты это воспримешь?

– Удивлюсь ей и постараюсь как можно быстрее забыть.

– А теперь представь, что эта идея пришла к тебе в результате какой-то цепочки событий. К примеру, Краер совершил неприятный тебе поступок и часть подданных, которых ты считал близкими людьми, поддержали его решение. Это событие очень сильно повлияло на твою судьбу и, возможно, даже чего-то тебя лишило. И после этих событий тебе приходит в голову та же навязчивая идея. Как ты ее воспримешь на этот раз?

– Это будет иметь смысл.

– Именно.

– Значит, мастерство заключается в том, чтобы подобрать нужный момент?

– Не совсем. Хотя и это тоже имеет большое значение. Опасность кроется в том, что опытный психоэнергет может так повлиять на твое сознание, что ты, хочешь не хочешь, а сам создашь для себя условия, при которых будешь чувствовать и думать то, что ему нужно.

– Но как такое возможно?

– Я ведь уже говорила тебе о том, что наши мысли, эмоции и поступки строят нашу жизнь, не так ли? Все упирается именно в этот механизм. К сожалению, чтобы рассказать о нем в деталях, потребуется по меньшей мере целый день, а то и больше, поэтому мы не будем на этом останавливаться. Но будь уверен, темный маг, который желает, чтобы его замысел удался, сделает все, чтобы ты принял его мыслеформу как свою собственную. И когда это случается, человек начинает подпитывать ее своей энергией, тем самым усиливая ее воздействие на себя. И в определенный момент эта мыслеформа воплощается в жизнь.

– И как с этим бороться? Если ты даже не знаешь, откуда приходят твои мысли.

– Этому я и буду тебя учить. Мы придем к этому со временем. Но начинать нужно с малого.

– Ну ладно, – тяжело выдохнув, ответил юноша. – И с чего же мы начнем?

– Для начала я познакомлю тебя с тем, как на нас воздействуют мыслеформы. Мне нужно, чтобы ты закрыл глаза и расслабился. Прямо, как в наших прежних сеансах.

Мэндл откинулся в кресле и закрыл глаза. Дыхание ученика начало замедляться.

– Постарайся отпустить как можно больше мыслей. Сделай разум открытым к восприятию. Сейчас я собираюсь послать к тебе чувственную мыслеформу.

В зале повисла тишина. Мэндл продолжал расслабляться и очищать ум, подготавливаясь к воздействию волшебницы. Милариэль поднесла ладони друг к другу и, сосредоточившись, создала полупрозрачную сферу между ними. Мыслеформа направилась к Мэндлу. На лице юноши появилась улыбка.

– Ну как ощущения?

– Похоже на волшебный поцелуй.

Лицо Мэндла растаяло в улыбке.

– Замечательно. А теперь снова отбрось мысли и откройся новой мыслеформе.

Еще одна сфера направилась в сторону ученика. На этот раз на лице произошли неприятные изменения: брови нахмурились, губы сжались, а ноздри слегка расширились.

– Что ты чувствуешь?

– Я зол… Но не знаю на кого или на что.

– Хорошо. Отпусти это. Просто расслабься. Дыши медленно и глубоко, – умиротворяющим тоном произнесла Милариэль. – Теперь можешь открыть глаза. Это были простые чувственные мыслеформы. Еще существуют мысленные и комбинированные. Последние чаще всего оказывают наибольшее воздействие.

– А что если сознание в это время занято чем-то другим?

– В таком случае эта мыслеформа будет летать в пространстве до тех пор, пока твое внимание не будет открыто для новой информации.

– То есть если я буду занимать ум достаточно долго, то рано или поздно она исчезнет?

– В идеале все так. Но на практике это практически невыполнимо. Так как удерживать концентрацию на одном предмете очень сложно. Ты сам можешь убедиться в этом. Закрой глаза и подумай о своем драгии. Как только тебе в голову придет мысль, не связанная с ним, дай мне знать.

Меньше чем через минуту Мэндл открыл глаза и изумленно посмотрел на учительницу.

– Да, именно так, – с улыбкой кивнула она. – Но не переживай, со временем у тебя получится удерживать внимание чуть больше минуты.

– И только?!

Милариэль рассмеялась. Поняв, что это была всего лишь шутка, Мэндл ответил легкой улыбкой.

– Но в этом есть доля правды, – произнесла она немного погодя. – Концентрация внимания – очень сложная практика. Но, к счастью, ты будешь тренировать ее не только на моем предмете, поэтому с каждым днем у тебя будет получаться все лучше и лучше.

– Что ж, – продолжила она, – думаю, на сегодня достаточно. Тебе нужно обдумать то, что я тебе сегодня сказала. А завтра мы начнем практиковаться.

Выходя из зала, Мэндл в последний момент обернулся.

– Могу я вас кое о чем спросить?

– Надеюсь, это не связано с темной магией.

Глаза юноши говорили об обратном.

– Боюсь, что так.

– Я слушаю.

– Могла ли такая мыслеформа поселиться в голове у Краера?

На мгновение в глазах Милариэль промелькнул проблеск ужаса.

– Откуда у тебя такая мысль? – пытаясь скрыть удивление, спросила она.

– Думаете, это всего лишь навязчивая мыслеформа?

– Как бы то ни было, я в это не верю.

Мэндл молча кивнул и уже приготовился выйти, но Милариэль продолжила:

– Но если это правда, то мы в большой опасности.

Юноша стоял в двери, глядя в глаза учительницы. Он понимал, что эти слова испугали ее. Но он не мог скрыть свое подозрение. Кто как не она может помочь ему разобраться в этом? Что, если Дориан прав? В таком случае они действительно могут оказаться в большой беде. Если это испугало даже Милариэль, то что говорить об учениках?

Покинув зал, Мэндл направился на последнее занятие. По пути он все думал о том, что ему сказала Милариэль. Что, если весь Раминг действительно находится в большой опасности? И что случится, если тот, кто поселил мыслеформу в сознание Краера, кем бы он ни был, добьется успеха? Нельзя позволить Силам Тьмы завладеть Белым Пламенем. Но что Мэндл может сделать? Еще несколько месяцев назад он и понятия не имел о том, что существует магия, а сейчас от него зависит благополучие Сил Света. Готов ли он к такому? Бремя ответственности тяготило его душу. И все же он верил, что рано или поздно получит ответ. Но лучше, чтобы это все же случилось рано…

Дравен встретил юношу с широкой улыбкой на устах.

– Позволь мне еще раз поблагодарить тебя за помощь, – произнес он, обняв ученика.

– Я сделал то, что должен был.

– Это сейчас тебе так кажется. На самом деле каждый акт благого деяния – это шаг на пути к внутреннему Свету. Ты следуешь зову души, и это намного важнее, чем сам факт помощи. Каждый наш выбор определяет судьбу. Поэтому не теряй бдительность.

– Постараюсь.

– Что ж, думаю, пора приступить к занятию. Но для начала нам нужно переместиться в другое помещение.

Дравен повел Мэндла в сторону подъемника. Они поднялись на этаж выше. Перед ними предстала массивная монолитная дверь. Путники оказались на открытой площадке из янтарных кристаллов на вершине горы, внутри которой находился Раминг. Юноше открылся восхитительный вид на леса Малегорна и бескрайние просторы океанских вод по правую сторону. Гора была настолько высокой, что деревья казались маленькими песчинками в большой зеленой пустыне. Ветер, на удивление, не беспокоил незваных гостей. Отсюда Мэндл мог видеть деревню, чьи дома выглядывали из-за деревьев в северной части материка. Он также ненароком кинул взгляд в сторону южной части леса, где он провел свое детство, на мгновение погрузившись в воспоминания.

– Это одно из самых живописных мест на всем Малегорне, – начал учитель. – Я частенько выхожу сюда любоваться красотами этих земель.

– Я вас понимаю. И все-таки вы меня не природу посмотреть позвали, не так ли?

– Лучшего места для тренировки Пространственной Алхимии не найти. Мы ведь собираемся входить в контакт с окружающим пространством.

– То есть мы перейдем сразу к делу? – с энтузиазмом воскликнул юноша.

Старик улыбнулся.

– Для начала я покажу тебе кое-что.

Дравен приблизился к краю платформы и, закрыв глаза, поднял руки. Алхимик начал нашептывать таинственные фразы на непонятном языке. Юноша ощутил мощный прилив ветра, как будто природа откликнулась на зов алхимика. В ясном небе из ниоткуда сформировался сгусток белоснежного тумана. Сперва он напоминал иллюзорную проекцию, затем очертания стали все более отчетливыми. Туман, казалось, материализовывался прямо на глазах, пока не превратился в полноценное густое облако, скрыв собою солнце. Над путниками нависла тень. Юноша с трепетом наблюдал за тем, как ветер начинал усиливаться, с каждой секундой все больше напоминая прибывающую бурю.

На платформу посыпались капли дождя. С каждым мгновением поток усиливался, пока путников не накрыла стена мощного ливня. Облако почернело, и раздался сильный гром. Внутри тучи вспыхнула молния. Алхимик очень медленно передвинул руки вперед. Дождевая масса поплыла и, достигнув пространства над лесом, остановилась. Под мыслеформой возник густой коричневый туман в виде огромной платформы. Как и в случае с облаком, поначалу это напоминало мираж, но затем преобразилось в летающий участок земли. Почва впитала влагу, и на ней выросла трава.

«Невероятно», – подумал про себя юноша.

Дравен опустил левую руку. Мыслеформа замерла, будто время остановилось. Щелкнув пальцами правой руки, учитель заставил ее испариться. Алхимик повернулся к ученику и, увидев выражение его лица, невольно засмеялся.

– Это восхитительно! – воскликнул Мэндл, не обращая внимания на смех учителя.

– Знаешь, что самое удивительное в этом, Мэндл?

Юноша помотал головой.

– Я обладаю лишь силой пятой чакры. Мне недоступны четыре элемента.

Ученик вытаращил глаза.

– Но как?..

– В этом заключается секрет Пространственной Алхимии. Эти знания когда-то пришли к нам от друидов. Их сила не зависит от открытости чакр. Вместо этого они с раннего детства учатся взаимодействовать с природой и окружающим пространством. Их главная цель – единение с источником энергии планеты. Когда ты входишь в это состояние, тебе доступна любая магия, которую только может сотворить природа. Друиды были первыми алхимиками, которые населяли Альтрэнию.

– А те, кого называют валкинурами, это потомки тех самых друидов?

– Да. Но, к сожалению, проклятие, что наложили на них темные маги почти невозможно снять.

– А кроме них еще остались живые друиды?

– Этого, Мэндл, никто не знает. Мы все на это надеемся. Ведь их знания таят в себе необычайное могущество. Многие волшебники до сих пор пытаются найти Главное Древо Друидов, хранящее в себе память многих поколений. По легенде это Древо – одно из первых растений, выросших на Альтрэнии. С его мудростью может сравниться только Око Гиона и сам Гион.

– Что еще за Око?

– Древний Артефакт, которым владели расы, населявшие эту планету. Всего этих Артефактов семь. Один из них сейчас находится у Краера.

– А в чем сила этого Артефакта?

– По Древнему Преданию, Гион вручил по Артефакту каждой из рас, первыми населивших планету: эльфам, друидам, львотаврам, тритонам, нагам, людям и драконидам. Каждый из Артефактов открывает владельцу загадочные видения, таящие в себе неведомые знания. Однако видения, насколько мне известно, являются лишь частью целой картины и порой могут ввести в заблуждение неопытного вожака. Никто никогда не имел более одного Артефакта, поэтому неизвестно, показывают ли они одно и то же или же видения отличаются и, возможно, дополняют друг друга.

– А где это Око находится?

– Об этом знает только Краер.

***

Закончив занятие, ученик направился на Главную Площадь, где они договорились встретиться с Канией, чтобы та показала ему живую живопись. Мэндлу, конечно же, хотелось узнать как можно больше о Раминге, но провести время с Канией ему хотелось куда сильнее. От одной лишь мысли о ней проблемы покидали его разум.

– Ну что, ты готов? – произнесла она, не слезая с драгия.

Мэндл кивнул.

Всадники взмыли в воздух и направились по направлению к северному тоннелю. Пока они летели, юноша не мог оторвать глаз от волос Кании, аккуратно заплетенных в роскошную косу, и все думал о том, как бы он хотел увидеть их распущенными.

Очень скоро они прибыли на небольшую платформу бледно-розового цвета с оранжевыми бликами у самых краев. Молодая пара вошла в помещение, которое оказалось почти таким же огромным, как зал для энергобола. Однако размеры давно перестали удивлять юношу. Ему порой казалось, что гора, в которой находился Раминг, занимает большую часть Малегорна, вот только почему никто до сих пор о ней не знает? Даже несмотря на то, что она скрыта от посторонних глаз, неужели отец так ни разу и не наткнулся на нее? Или, быть может, чары не позволяют к ней приблизиться?

Зал освещало бледно-золотистое сияние цитринов, равномерно устроившихся по обсидиановому потолку. Через весь зал тянулся широкий извилистый коридор, застланный серебристо-розовым ковром из кварца. По бокам свисали полупрозрачные занавесы, сквозь которые виднелись витающие в воздухе картины, сотканные из разноцветного тумана. Мэндл заметил, что изображения постоянно дополнялись новыми деталями, затем обратил внимание на художника – картина в воздухе отображала изменения, которые тот вносил в картину на мольберте. Пройдя сквозь занавес, можно было полюбоваться произведением того или иного Мастера. Все комнаты отделяли друг от друга ограждения из темного хрусталя. Некоторые ложи оказались пустыми.

Путники молча шли вдоль коридора, осматривая живописные творения. В основном художники рисовали пейзажи и портреты. Глядя на гигантские изображения, Мэндл невольно погружался в атмосферу – настолько реальными они казались, словно невидимая сила оживляла их.

Кания дернула собеседника за руку.

– Смотри, – шепотом сказала она, указав на портрет чародея. – Давай зайдем.

Собеседники, преодолев занавес, встали у небольшой ограды, что отделяла их от художника. Сам он стоял на небольшой возвышенности в десяти метрах от них.

От одного взгляда на картину лицо Мэндла напряглось, а сердце невольно дернулось в груди. На ней были изображен Геордин, испускавший поток Сиреневого Пламени. Его ярко-золотистые прямые волосы едва касались плеч, а лицо покрывал легкий слой щетины. Глаза чародея сияли ярким светло-голубым светом. Черная мантия с серо-серебристыми узорами у воротника и на рукавах облекала тело темного мага. На другом конце картины художник нарисовал золотистого ангела. В руках он держал гигантский зубчатый меч и треугольный щит с изображением пламени. Однако что-то было здесь не так.

– Кания? – шепотом спросил он.

– Да?

– Мне кажется, или мольберт уже полностью закрашен?

Девушка загадочно кивнула.

– Тогда почему картина продолжает меняться?

– На то она и Живая, – подмигнула собеседница.

Мэндл слегка сжал губы, выражая недовольство.

– Не будь таким серьезным, – отшутилась она. – Не забывай – мы в волшебном мире. Здесь всему найдется объяснение. Ну… или почти всему.

– Так как это работает?

В этот момент юношу осенило: у художников не было красок, а кисточка оставалась сухой. Мэндл выпучил глаза и посмотрел на собеседницу. Та явно получала удовольствие от его удивления.

– Пойдем, я расскажу.

Пара вышла наружу.

– Все дело в визуализации, – продолжила Кания. – Творчество требует невероятных умственных усилий. Каждый художник визуализирует картину и проецирует ее на мольберт. Кисточка – всего лишь символический инструмент.

Внимание Мэндла привлекла еще одна картина.

– Идем! – воскликнул он.

Путники зашли внутрь и увидели изображение огромного мускулистого демона, опирающегося на четыре массивные конечности, чьи длинные когти впивались в землю. Огненная кожа была покрыта шипами. Виляющий из стороны в сторону хвост изрыгал волны пламени. Из-за спины торчали крылья, в несколько раз превышавшие его самого. В правой руке извивалась огненная плеть. На левой же вместо ладони торчали семь изогнутых когтей в виде шарообразной клешни. Из головы выступали длинные иглы, которые то становились дыбом, то вновь прилегали к коже. Два глаза излучали огненно-желтое сияние. Третий же глаз, что располагался на лбу, имел насыщенный красный оттенок. Гигантские зубы постоянно были на виду из-за отсутствия губ.

– Кто это? – обратился он к Кании.

– Ты не знаешь? – удивилась она.

Мэндл помотал головой.

– Его называют Темным Владыкой, – таинственным голосом и почти шепотом произнесла Кания. – Именно он, по преданию, является корнем зла на Альтрэнии. Ни одному Воину Света еще не удавалось добраться до него, не говоря уже о том, чтобы одолеть. Говорят, он обитает в огненных недрах планеты, охраняемый легионами демонических существ. И так же, как и Гион, он способен принимать множество обличий. На этом рисунке изображено одно из них.

Девушка сделала паузу.

– Учитель однажды сказал мне, что, если победить его, все зло исчезнет.

– Это правда?

Кания пожала плечами.

– Никто не знает. Говорят, что он появился на свет в тот день, когда на Альтрэнии поселились первые разумные расы. Именно они создали его своими злыми помыслами. С тех пор сила Темного Владыки росла с каждым днем, питаясь темной энергией всех живых существ.

– А что ты знаешь о Белом Пламени?

Девушка изучающе уставилась на молодого человека и, немного помолчав, ответила:

– Я слышала, что его называют Пламенем Вечной Жизни и Абсолютной Чистоты. А почему ты спросил?

– Та миссия, которую замышляет Краер, связана с пробуждением Белого Пламени. Лептон сказал, что с его помощью мы сможем искоренить все зло на Альтрэнии. Как думаешь, это относится к Темному Владыке?

Девушка пожала плечами.

– Насколько я знаю, Белое Пламя не используют для битв. Скорее оно служит источником чистой Энергии Творца в ее первозданном виде. А еще я слышала, что за всю историю человеческой расы никто так и не смог получить эту силу…

Мэндл вновь посмотрел в глаза Темного Владыки. Образ был настолько реальным, что, казалось, демон смотрит на него в этот самый момент и вот-вот поглотит душу парня.

– Пойдем отсюда, – произнесла девушка.

Молодая пара переглянулась. На их лицах вновь заиграла улыбка. Они взялись за руки и продолжили прогулку.

По прибытии на Главную Площадь путники попрощались, и Кания улетела прочь верхом на Милли.

– Осталось только выполнить медитацию, и можно идти отдыхать, – обратился он к Дримику, поглаживая его по голове.

– Отвези меня на платформу отдыха.

Взмахнув крыльями, драгий направился в сторону главного тоннеля. После нескольких развязок и долгого подъема, Дримик привез ученика на огромную площадь, где расположилось множество драгиев, зачарованно спящих в ожидании хозяев.

Стараясь не нарушать тишину, всадник приземлился на свободное место. В конце платформы Мэндла ждала маленькая неприметная дверь. Сама площадь сияла переливающимися цветами радуги. Поблагодарив питомца, юноша направился к ней.

Прямо перед ним из комнаты вышел парень в изумрудно-серебристой мантии волшебника. Молча поприветствовав юношу, он направился к драгию.

Мэндл зашел внутрь. Дверь за ним резко захлопнулась. Ученик оказался в слабоосвещенном коридоре, мигающем тусклым белым сиянием. Коридор имел множество перекрестных проходов, каждый из которых вел к бесчисленному количеству комнат.

– Как они это все здесь уместили? – сказал он едва слышно.

Наконец Мэндл наткнулся на прозрачную дверь. Комната оказалось пустой, и юноша зашел внутрь. Как только дверь захлопнулась, ее окутал серый туман так, что никто не мог видеть, что происходит внутри.

Стены комнаты состояли из мутных серебристых кристаллов. В потолке висел круглый алмаз, лишь слегка освещавший помещение. Едва Мэндл успел подумать о кресле, как оно тут же появилось.

Устроившись поудобней, ученик закрыл глаза и расслабился. В комнате царила абсолютная тишина. Ни единого шороха или постороннего звука. Юноша был полностью изолирован от внешнего мира.

Мэндл сосредоточил внимание на дыхании. С каждой минутой телесные ощущения растворялись в приятной волне расслабления, словно погружаясь в неизведанные океанские глубины. Вдалеке послышался чей-то голос. Юноша знал, что это могло означать. Не позволяя эмоциям взять верх, ученик продолжал пристально вслушиваться пока, наконец, не услышал отчетливую фразу.

– Приветствую тебя, Мэндл, – раздался голос Сэквора.

– Рад слышать твой голос.

– Очень хорошо, что ты вышел на связь, как только смог. У меня для тебя важное послание.

– Что за послание?

– К сожалению, слова здесь бессильны. А поскольку наша с тобой связь еще слишком слаба, придется воспользоваться ресурсами Раминга.

– О каких ресурсах ты говоришь?

– Слушай внимательно, Мэндл. В этом городе есть драгоценные камни, называемые Кристаллами Памяти. Ты должен сообщить Краеру о том, что тебе необходим доступ к одному из таких кристаллов. Через них я смогу передать тебе часть посланий, которые дадут некоторые подсказки и направят нужном направлении.

– Подсказки для чего?

– Мельбеки готовят коварный план.

– Мельбеки живы?! – чуть не утеряв связь от внезапной волны эмоций, произнес про себя юноша.

– Да, Мэндл, и у нас мало времени. Мне удалось добыть недостающий фрагмент утерянных воспоминаний Геордина. Не знаю, сколько еще я смогу его удерживать. Ты должен во что бы то ни стало получить доступ к этому кристаллу.

– Хорошо, я все сделаю. Но у меня есть пара вопросов.

– Я слушаю.

– Чем на самом деле является Небесная Магия? И могу ли я научиться ею пользоваться?

– Небесная Магия – это огонь духа, нисходящий с тонких планов, который доступен только очень опытным и развитым душам. К сожалению, твое тело еще не готово принять энергии такого уровня, поэтому я не могу помочь тебе в этом.

– А когда оно будет готово?

– Точно так же, как и в случае с Сиреневым Пламенем, все зависит от того, как хорошо ты тренируешь свое тело и чакры. Чем больше энергии они пропускают, тем быстрее ты подготовишь физический проводник для нисхождения огня Духа.

– А как насчет Краера? Ему можно помочь?

– Насколько тебе уже известно, сознание Магистра находится под воздействием темной магии. Боюсь, что только Дарл может помочь тебе в этом.

– Дарл?! Но как мне его найти?

– Не беспокойся об этом. Вскоре ты его повстречаешь. И когда это случится, ты должен будешь попросить его о помощи.

– С чего ты решил, что он станет меня слушать?

– Этот и другие ответы ты получишь благодаря Кристаллу Памяти. А теперь ступай.

«Коварный план. О чем это он? – подумал юноша. – Неужели Дориан оказался прав, и Мельбеки действительно все еще живы? Но откуда ему это известно?»

Мэндл встал с кресла.

«И неужели меня правда ждет встреча с Дарлом?».

Юноша направился прямиком в Главный Зал.

– Войдите, – раздался голос Магистра в ответ на стук гостя. – Мэндл? Что привело тебя в столь поздний час?

– Я получил еще одно поручение от Сэквора.

– Я слушаю.

– Он просил передать, что времени в обрез. И поскольку наша связь с ним по-прежнему слаба, нужно, чтобы вы дали мне доступ к Кристаллу Памяти.

– Кристалл Памяти? – загадочно ответил Краер. – Хм. Интересно. Он собирается тебе что-то показать?

Мэндл кивнул.

– А что именно, он не сказал?

– К сожалению, нет, Магистр.

– Что ж. До сих пор не было причин, чтобы не доверять ему… В таком случае ступай на платформу и ожидай там появления Лептона. Я ему сообщу.

Волшебник прибыл спустя пару минут.

– Что произошло?

– Сэквор велел мне обратиться к Кристаллу Памяти.

– Кристаллу Памяти?..

Глаза Лептона загадочно сощурились, словно он пытался отыскать нужную мысль в своей голове. Немного помолчав, он произнес:

– Что ж, в таком случае нам туда.

Волшебник указал на мост, ведущий к центральной колонне.

– Но ведь там жилое помещение, разве нет?

– Да, это так. Но на верхний этаж можно попасть только с платформы Краера. И только там имеется телепорт, ведущий в подвалы Раминга, где хранятся все наши ресурсы, в том числе Кристаллы Памяти.

– А Око Гиона тоже там?

Лептон направил на ученика пристальный взгляд.

– Откуда тебе известно про Око?

– Дравен рассказал, – с улыбкой отведя глаза, ответил юноша.

– Стоило догадаться, – ухмыльнулся волшебник.

Собеседники вошли в прозрачный столб в форме цилиндра. Хрустальная дверь закрылась, и пространство окутал легкий туман. Мэндл ощутил, как стеклянная будка парит в воздухе. Когда пелена света спала со стекол, путники оказались на темной округлой площадке с множеством дверей, где их встретило двое охранников. Лептон молча поприветствовал их и направился в сторону двери с бирюзовым узором, за которой их ждал очередной коридор.

– И как вы не заблудились еще в своих лабиринтах?

– Со временем привыкаешь. И твоя очередь придет, – добавил волшебник, улыбнувшись.

Слегка потухшие кристаллы в стенах придавали атмосфере таинственности, а разноцветные слова-фигуры, обозначающие комнаты, радовали глаза путников изящным сиянием. Коридор неустанно уходил влево. Казалось, будто он сделан в виде спирали.

– Пришли, – произнес Лептон, отворив дверь синего цвета.

От удивления глаза Мэндла вылезли на лоб. Ученик оказался внутри пещеры невероятных размеров с тысячей ослепительных кристаллов самых разных оттенков и высотой с вековые деревья. Каждый камень был окружен ограждением с табличкой на неизвестном языке. Как ребенок, наблюдавший яркое представление, юноша восхищался изумительной игрой красок драгоценных камней.

– Так много!.. Откуда вы их берете?

– Гномы очень трудолюбивы.

– Но зачем вам столько?

– Каждый кристалл обладает особым свойством. И, кстати, далеко не все из тех, что ты здесь видишь, относятся к Кристаллам Памяти. Фактически, их всего лишь около десяти. А для нас с тобой достаточно будет всего одного.

– А что делают остальные?

– Скажем так…некоторые предназначены для ускорения эволюции души…но я не могу вдаваться в детали. Другие помогают в развитии способностей. Часть играют роль проводника на тонкие планы. Собственно, обо всем этом тебе еще рано знать, – с улыбкой добавил волшебник.

Пройдя чуть глубже в дебри хранилища, Лептон остановился возле решетчатой двери, за которой находился проход к лазурному камню, переливающемуся лиловым оттенком.

– Этот нам подойдет.

Заперев за собой калитку, путники обогнули кристалл. По ту сторону находилось отверстие, ведущее внутрь гигантского камня. В самом центре располагалось лежачее кресло.

– Присаживайся.

– И как это работает?

– Мы присоединим твой мозг к сердцу кристалла с помощью эфирной нити. Твое энергетическое поле начнет сливаться с силой кристалла, после чего сознание погрузится в туман, и ты, скорее всего, уснешь. Когда кристалл настроит частоты мозга на прием, ты сможешь получить послание. Как только контакт прекратится, кристалл слегка потускнеет, а эфирная нить начнет отделяться, и ты проснешься.

– А смогу ли я запомнить то, что увижу?

– Скорее всего. Но не переживай, ты не первый и не последний, кто проделывал это в поисках ответов, – успокаивающим тоном произнес старик, – так что скажи, как будешь готов.

– Что ж, – тяжело выдохнув, ответил юноша. – Вроде готов.

– Тогда начинаем.

Мэндл, как обычно, закрыл глаза и переключил внимание на дыхание, стараясь как можно быстрее расслабиться. К макушке что-то примкнуло, и тело будто парализовало. Ученик не мог пошевелиться. Физические ощущения буквально испарились, и Мэндл ощутил себя парящим духом посреди неведомого пространства. Звуки стихли. Дыхание исчезло. С каждой секундой его наполняла энергия. Духовная сущность юноши становилась плотнее. Поток наполнял его, словно тот был сосудом с жидкостью. Сознание начало угасать и, не успев ничего сообразить, ученик погрузился в сон.

«Где я?» – спросил он себя. Где-то вдалеке послышался звук воды. – «Кажется, я снова уснул в лесу…» – подумал он, вспомнив о своем отце.

«Подождите-ка. Я ведь давно его не видел… И маму. Да, точно! Я попал в Раминг! А потом, ах да, Лептон! Кристалл Памяти!»

Сознание постепенно возвращалось к нему. Звуки становились все более отчетливыми.

«Постойте-ка. Это же водопад!»

Перед глазами начала проявляться картинка. Мэндл стоял посреди подземного тоннеля рядом с небольшим ручьем. Помещение освещали десятки алмазов, расположенные по всему потолку. С огромной высоты мощным потоком падала вода. Верхушка водопада скрывались в тени. Ученик почувствовал стремление влезть наверх.

«Вода что-то скрывает, – подумал он про себя, – я должен проверить, что там».

Прижавшись к стене, что скрывалась за нисходящим потоком, он принялся карабкаться наверх. Разум юноши не задумывался о причине – он просто выполнял приказы. Откуда они приходили, его не волновало. Он просто повиновался импульсу.

Пальцы то и дело скользили по намокшим камням. Юноша с трудом удерживался под натиском мощного потока, бившего прямо в лицо.

«Нужно сделать это во что бы то ни стало», – повторял он про себя.

Наконец рука нащупала выступ в скале. Поднявшись на ноги, Мэндл оказался перед входом в темную пещеру.

«Ответ внутри», – пронеслась мысль в голове.

И, словно марионетка, он повиновался голосу, направившись в глубь тоннеля. Свет тускнел. Обернувшись, Мэндл увидел лишь отдаленные блики сияния кристаллов, прорывавшихся сквозь поток воды где-то вдалеке. Наконец, тьма полностью окутала пространство. Юноша словно оказался в ловушке теней. Но решимость не покидала его. Что-то подсказывало, что он идет в нужном направлении.

В конце прохода появилось слабое сияние лазурного цвета. Пространство начало сужаться, от чего Мэндлу пришлось сесть на корточки. Под ногами зажурчал маленький ручей. Проход стал закручиваться, превращаясь в спиральную лестницу, что вела в самую глубь пещеры. В стенах начали мелькать маленькие кристаллы серебристо-лазурного цвета. С каждым шагом их становилось все больше.

Наконец, маленький ручей вывел юношу к огромной пещере. Отовсюду исходил блеск серебряного аквамарина. Драгоценные камни сверкающим ковром расположились вдоль стен. Сияние кристаллов отличалось от того, что Мэндл видел в Раминге, словно неведомая тайна скрывалась в них.

В конце зала ученик увидел небольшую возвышенность, из которой торчал колодец, излучавший ослепительный блеск. Мэндл подошел поближе и увидел на дне огромный сверкающий аквамарин с серебристым оттенком. Ученик невольно прищурил глаза. Энергия так и лучилась из камня. Кристалл манил гостя своей красотой. Вода была идеально гладкой и, хотя он находился глубоко на дне, казалось, что, проплыв совсем чуть-чуть, можно было его коснуться.

Мэндл поддался порыву и нырнул. Сияние становилось все сильнее. Юноше даже пришлось закрыть глаза, настолько ослепительным было мерцание. Камень был совсем близко, и, вытянув руку, ученик изо всех сил пытался до него дотянуться. Мэндл ощущал на себе тепло кристалла, его энергию и силу.

Наконец это случилось – ученик прикоснулся к источнику. В сердце что-то зашевелилось. Сознание вновь окутал туман, и, открыв глаза, юноша увидел перед собой волшебника. Учитель спокойно ждал, пока тот придет в себя.

– Как себя чувствуешь? – наконец произнес Лептон.

– Вроде неплохо, – приподнимаясь и почесывая затылок, произнес юноша. – Только я ничего не понял…

– Не переживай, я все видел. Прямо над твоей головой возникла мыслеформа в виде облака. Сквозь него я наблюдал то же, что и ты.

– Так вот почему вы не сильно-то переживали, пойму ли я сообщение.

Волшебник искренне улыбнулся.

– Так и что это было?

– Возможно, то, что ищет наш враг.

– Этот кристалл какой-то особенный?

– Все они особенные… однако, боюсь, этот своей уникальностью затмевает большинство известных мне волшебных кристаллов.

– И в чем его сила?

Лептон выдержал паузу. Лицо старика приняло задумчивый вид.

– Если я не ошибаюсь, то Сэквор показал тебе Камень Души. Серебристо-лазурный оттенок очень редко встречается в природе. И если это правда он, – волшебник тяжело вздохнул, – то это означает, что тот, кто его найдет, сможет с его помощью воскрешать мертвых.

– Думаете, Мельбеки хотят кого-то воскресить?

Волшебник ничего не ответил. Сопроводив юношу до выхода, Лептон направился в Верховный Зал.

– Заходи, Лептон, – произнес Краер. – Что вам удалось выяснить?

– Сэквор показал нам нечто похожее на отрывок из воспоминаний. Некий подземный тоннель привел его в потайную пещеру, скрытую за водопадом.

– И что в ней было?

Выражение лица Лептона стало слегка тревожным.

– Ну же, Лептон. В чем дело?

– Боюсь, Магистр, что Легенда о Камне Души оказалась более правдивой, чем мы предполагали.

– О чем это ты?

– Если это было воспоминание Геордина, то вполне возможно, что при жизни он нашел его месторождение.

– Невозможно! Как ему это удалось?! Мы потратили на поиски десятки лет и все еще ни на шаг не приблизились к ответу, – гневно ответил Краер, сморщив лоб.

– И все же, – продолжил Магистр, успокоившись, – сейчас у нас есть преимущество. Если темный маг ищет этот источник, то мы обязаны найти его раньше, чем он.

– Позвольте заметить. Если бы Геордин успел сообщить Мельбекам о местонахождении Камня, они бы наверняка уже нашли его. Ведь прошло уже больше трехсот лет. Видимо, они так же, как и мы, не имеют понятия о том, где он может быть.

– Тут ты прав, Лептон. Это действительно хорошая новость.

– У вас есть ко мне еще какие-то вопросы?

– Только один. Когда Мэндл будет готов идти за следующим Сердцем?

– Понадобится еще немного времени. Ему осталось освоить третью стихию. Вы ведь можете отправить Дориана пока, не так ли?

– Ты ведь знаешь, как это важно.

– Конечно, Магистр. Но парню необходим отдых. Никто не знает, какое влияние оказывает на него Сиреневое Пламя. Чем сильнее он станет, тем безопаснее пройдет миссия.

– Хорошо. Ступай.

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.