«Странная история Мистера Хайда и Доктора Джекила» — книга, изменившая мир

Мистер Хайд и Доктор Джекил

Мрачноватая история легендарного британского писателя Стивенсона Льюиса. Но, подобно истории о Франкенштейне, противоборство Хайда и Джекила несёт в себе куда больше глубоких социально-философских тем, чем представляет себе читатель.

Кто же такой Джекил? Бедный благородный врач, ставший жертвой неудачного опыта? Как бы не так. Прав был Набоков в своих литературных лекциях. Доктор Джекил никогда не был образцом благородства. Он немногим лучше Хайда, так как именно он даёт свободу этому монстру, так как в Хайде воплотилось всё то, что Джекил так в себе скрывал.

В посмертной записке он рассказывает читателю, что на протяжении долгого времени его гложило желание найти путь к необузданному существованию, не неся при этом никакой ответственности.

Этим способом стал уродливый и таинственный Хайд. Это то, что так долго лежало в самых затаённых уголках сознания, безусловно, талантливого учёного.

Повесть Стивенсона – готический сарказм, обращённый к викторианской эпохе. Эпохе чопорной, притворной, но великой.

«Странная история мистера Хайда и Доктора Джекила» — это прародительница всех тем в стиле а-ля «Халк». И дело даже не в метаморфозе, как таковой. Этим изобиловали многие мифологические сюжеты самых различных культур. Дело во взаимоотношении двух личностей (этакий вариант Билли Милигана Д. Киза).

Собственно, в массовой культуре Хайда начали изображать, как невиданного монстра, наводняющего ужас на улицы ночного Лондона. И, как в случае с Франкенштейном, классический сюжет превращается в типичный «ужастик».

Вот откуда «растут ноги» у современного Халка. Именно первые попытки сделать стандартный фильм-ужасов из повести английского классика, привели к созданию Халка.

Создатели комиксов читали классику, чего не скажешь о тех, кто просматривает комиксы.

Но если «Халк» — типичная спекуляция на фантастических образах, столь удобных для разного рода коммерческой дешёвки, то история о Хайде и Джекиле — это социальная драма. Наверное, даже драма не чисто викторианской эпохи, а драма вне времени и вне наций. Драма притворства и самообмана.

Сейчас, читая эту публикацию, задайтесь вопросом, не хотелось ли вам, хотя бы раз, ощутить свободу в стиле «Достучаться до небес»? Не бояться, быть дерзким, независимым?

Но что для этого требуется?

А сможете ли вы?

Вот и я не знаю.

А как же статус, работа, семья?

Всё верно. Стать Мистером Хайдом всегда легче, чем потом вернуть свой прежний облик.

По сути, на Стивенсона оказал влияние, активно развивающийся психоанализ З. Фрейда. Что это, если не расщепление личности, а может просто наше бессознательное, наш «чердак», в котором хранятся не только те вещи, что мешают в чистом и просторном доме, но и всё то, чего мы боимся или что мы скрываем.

Но наш анализ был бы не полным, если бы мы не упомянули ещё о нескольких сюжетных линиях, выросших на благодатной почве стивенскоого повествования. «Двуликий» в «Бэтмене», знаменитая «Маска» с Д. Керри, это всё то же противоборство Доктора Джекила и мистера Хайда.

Выходит, небольшая повесть знаменитого классика породила целую эпоху в мировой киноиндустрии. Воистину 19 столетие и начало 20 стало столь плодотворным и решающим для всей коммерческой индустрии кино и журналов.


so_kir_kin

Об авторе so_kir_kin

Победитель международного конкурса фантастики "ВЕЛИКОЕ КОЛЬЦО", призер литературного конкурса МВД России "Доброе слово", номинант на премию "Писатель года", "Наследие", лауреат конкурса «МОСТ В БУДУЩЕЕ–2014», печатаюсь в литературно-художественных журналах, в том числе Петербургском журнале "Мост", "Российская литература", "Дао журнал". Философ с большой дороги.
Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *