Пилот «Осколок параллели» (часть 8)

Экскурсовод пошёл дальше, освещая пространство перед собой. Земляне последовали за ним по довольно обжитому подземелью. На пути им встречались ещё жители, занятые своими делами. Но все тут же отвлекались от занятий, как только ребята появлялись на горизонте.

Очевидно, люди обживали своё скрытое царство не один год. Здесь было немало. Ткацкие станки, какие-то устройства, относящиеся, очевидно, к местной пищевой промышленности. На вопрос Коземотова по поводу назначения данных агрегатов Алексей сообщил, что им приходится заготавливать довольно большие объёмы провианта, так как зимы здесь хоть и не столь холодные, но продолжительные.

— Консервируете, значит? — подытожил Степан.

— Не только. Идём дальше?

Друзья проследовали дальше в более узкий и скалистый подземный проход. Метров через двести слегка извивающийся каменный коридор заканчивался лестницей, ведущей наверх. Следуя за Вадимовичем, ребята выбрались из подземелья и замерли, широко раскрыв глаза.

Их взору предстала обширная пещера, частично заполненная водоёмом. В верхней точке достаточно рельефного свода, находящейся метрах в десяти над головами людей, имелось три довольно больших проёма, через которые внутрь пещеры проникал солнечный свет. Проёмы были частично скрыты снаружи какой-то растительностью. То ли из-за неё, то ли из-за угла падения солнечных лучей, то ли ещё по какой причине, но пещера была залита оранжевым светом, словно при закате. В сочетании с водоёмом, переливающимся лёгкой рябью, и оплетёнными растительностью стенами жилище людей впечатляло своей красотой. О чём не пренебрёг сообщить Степан. Рома, как обычно, предпочёл отмолчаться.

За исключением высшей точки, занятой проёмами освещения, свод был обвешан не просто плетущимися растениями, но и их довольно крупными плодами, похожими на грушеобразные тыквы. Несколько человек как раз были заняты сбором урожая. Они срезали довольно увесистые плоды ножами и складывали в корзины. Пара мужчин оттаскивали их в сторону, где от водоёма был отведён небольшой бассейн, в котором эти «тыквы» мыли, обрабатывали и по специально для этого смонтированному спуску отправляли на дальнейшую переработку.

Алексей подвёл гостей к трудящимся у бассейна и объяснил:

— Эти плоды являются нашим главным источником пропитания. Из него мы производим муку и печём хлеб. Вы уже пробовали его.

— Да, очень вкусный, кстати, — подтвердил Степан. — Немного сладкий, с необычным ореховым привкусом.

Проводник подхватил из бассейна плод — судя по его движениям килограмм под десять — разрезал карманным ножом пополам, раскрыв бело-розовую волокнистую плоть.

— Попробуйте! — Вадимович ковырнул половину и преподнёс друзьям.

Булатов и Коземотов принялись жевать сладковатую, довольно сочную и грубую волокнистую мякоть.

— Это крупва. Только не сильно налегайте. В сыром виде этот плод не так уж полезен, как вкусен. Если съесть с килограмм можно получить расстройство желудочно-кишечного тракта и ещё кое-какие побочные эффекты. Вода, кстати, родниковая. Можно пить не опасаясь. Нам очень повезло с это пещерой. Она — идеальное укрытие, источник пропитания и питьевой воды.

—  С этим не поспоришь. — Коземотов дожевал свой кусок плода и, упёршись руками в бока, ещё раз осмотрелся. – Нет, вы тут, конечно, супер устроились.

— А где вы ночуете? — спросил Булатов.

— Вон там, — Вадимович указал рукой в сторону, где пещера имела изгиб, за которым скрывалось довольно просторное углубление. — У нас там устроены места для ночлега и отдыха. Комнатами я бы их не назвал, но всё же. А в том конце пещеры, — Алексей повернулся и взмахнул рукой в сторону противоположного берега водоёма, куда над водой был перекинут навесной мостик, — у нас устроены более просторные помещения для семей. В общем, умещаемся здесь и в корабле.

— В корабле живут, я так понимаю, руководители вашей маленькой колонии.

— Там живут в первую очередь пожилые, учёные и витязи. — Алексей нахмурился и сурово посмотрел на Булатова. — Почему я не могу избавиться от чувства, будто ты, Роман, пытаешься нас в чём-то уличить? Всё, что вы видите перед собой, реально.

— Возможно, потому что я привык подвергать сомнению всё вокруг, — хмыкнул журналист. — Профессиональная привычка.

— В таком случае мне тебя жаль. В твоей жизни, должно быть, не так много радости.

Роман мрачно улыбнулся.

— Может и так.

Больше не возвращаясь к этой теме, молодой учёный проводил гостей обратно на корабль, где им предложили поужинать в компании обитателей Палариона.

Нельзя сказать, что столы ломились от различных яств, но всё же несколько блюд, чем-то напоминающих земные, тут присутствовали. Здесь были уже знакомый хлеб, горячая похлёбка с неким корнеплодом, сильно напоминающим картошку, и галушками из муки распространённой здесь висячей тыквы под странным названием крупва, а также сушёное мясо какого-то, судя по описанию одного из товарищей, крупного животного. Довершал сиё разнообразие чай из очередного незнакомого землянам растения, источающий аромат полыни. Так его, кстати, тут и называли — полыний чай. Судя по всему, он был не единственным в меню паларионцев, но в этот вечер другого не подавали.

Закладка Постоянная ссылка.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *